Безжалостные клятвы

Мы разобьем лагерь здесь, за пределами города. Я прошу лишь о том, чтобы позаботились о раненых и оказали им помощь.

Канцлер прищурился. Он явно хотел, чтобы Киган вернулась туда, откуда приехала, вместе с колонной грузовиков и войсками. Но он только наклонил голову и сказал:

– Хорошо. Пока дорога остается проходимой, а ваши войска не причиняют неудобств гражданам Оута, оставаясь за пределами города, можете разбить лагерь на этом поле.

– А мои раненые? – надавила Киган. – Они несколько дней провели в пути и нуждаются в медицинской помощи.

– Я обсужу это с советом, – ответил канцлер. – Раненых придется разместить в полевом лагере, пока я не получу разрешения на госпитализацию.

Айрис стиснула челюсти. Она поверить не могла, что такое происходит. Видимо, канцлер почувствовал ее взгляд и посмотрел туда, где они с Этти стояли бок о бок по щиколотки в грязи. Он раздраженно сжал губы в тонкую линию и нахмурил лоб над глазами-бусинами. Айрис практически слышала ход его мыслей. Чувствовала его злость на назойливых журналистов из «Печатной трибуны», которые писали о том, чего люди не должны были знать.

Они буравили друг друга взглядами в безмолвном поединке, а потом канцлер опустился на сиденье, его водитель завел мотор родстера и укатил. Айрис поежилась, мокрая одежда натирала ей кожу.

Туман сгущался, превращаясь в моросящий дождь. Айрис смотрела, как канцлер исчезает в Оуте, и точно знала, о чем будет ее статья в завтрашней газете.

* * *– Ты уверена, Марисоль? – в третий раз спросила Айрис. – Я буду очень рада, если вы с Люси остановитесь у нас с Форестом.

Марисоль улыбнулась и поставила ящик. Ее черные волосы, выбившиеся из длинной косы, блестели под дождем.

– Со мной тут все будет хорошо. Знаешь, я хочу остаться с Киган.

Айрис кивнула, хотя внутри завязывался узел вины и гнева при мысли, что придется оставить Марисоль, Киган и всех солдат спать в палатках на мокрой земле. Они даже не смогут развести костры и приготовить горячую еду или кофе. Айрис не знала, чем можно помочь.

Марисоль словно прочла ее мысли.

– Айрис, не забывай, что они прошли через кое-что похуже, чем моросящий дождь, – прошептала она. Палатки вокруг них поднимались как грибы. – Небольшая непогода нам не повредит. Может, завтра выглянет солнце.

Айрис не смогла скрыть гримасы. Погода в Камбрии славилась своими капризами.

– Книга про птиц, которую я тебе дала, еще с тобой? – спросила вдруг Марисоль.

– Да. В кармане плаща.

– Ты читала про альбатросов?

– Несколько строк, – ответила Айрис. – Я запомнила, что они могут спать на лету.

– И летать в бурю при сильном ветре, а не прятаться на берегу, как другие птицы. – Марисоль встряхнула одеяло, расправляя складки на одеяле, которое достала из ящика.