Клиника верности

Алиса была, конечно, девушкой габаритной, но и он не слабак! Уверенно сориентировавшись в типовой двухкомнатной квартире, он донес ее до дивана.

Она попыталась подняться, но он удержал ее.

— Иван, подожди…

— Почему?

— Прошу тебя, не надо. — Алиса вырвалась из его рук и деловой походкой, не вязавшейся с ее нарядным платьем, вышла в коридор. — Давай, я покажу тебе дом. Тут давно никто не жил, и немного неуютно…

Иван послушно осмотрел место своего будущего обитания. Квартира была чистенькой, но везде чувствовался тоскливый нежилой дух. Унылая кухня с белыми пластиковыми шкафчиками и голубенькой совдеповской плиткой, для пущей красоты уложенной ромбиками, ванная с бугристыми стенами, окрашенными в зеленый цвет, старая мебель, которую свозили сюда по истечении срока службы…

«Ничего, обживем, — решил он, — мне ли жаловаться! Я свою юность провел в таких диких местах, что это настоящий дворец».

— Ты хочешь есть? — спросила Алиса. — Я купила кое-какие продукты, но ничего не готовила, думала, ты будешь сыт после кафе.

— Это ты правильно сделала, что купила. — Иван зевнул и, описав рукой широкую дугу, пристроил ее на Алисиной попе. — Думаю, мы скоро захотим подкрепиться. Ты мне так нравишься в этом платье…

Действительно, открытые плечи и старинная прическа с забранными вверх локонами заставили его взглянуть на Алису по-новому. В ее лице появилась какая-то строгая красота, внутренняя сила, и Ваня весь вечер заглядывался на нее отнюдь не по долгу службы.

— Ваня, прошу тебя! Давай не будем… Мне это тяжело, мы же с тобой близко знакомы…

— Сейчас познакомимся еще ближе, — пообещал он, запуская руку под широкую пышную юбку.

— Ваня!!! — Она стала вырываться так решительно, что это нельзя было счесть обычной любовной игрой.

— Да что ты, в самом деле! Что ты ломаешься, как девочка? Я тебе не воспитатель в детском саду, а муж твой!

— Я прошу… — Алиса покраснела и оттолкнула его с неожиданной силой. — Не трогай меня, я еще не готова.

— Знаешь что? Ты перед своим любовником ноги раздвигала, так перед мужем тоже как-нибудь раздвинешь! — разозлился Иван. — А ползать перед тобой и уговаривать я не собираюсь. Так что ты уж приготовься как-нибудь.

В ответ она посмотрела на него так, что он оторопел. В ее глазах не было ненависти, обиды, злости — ничего того, что мог он ожидать в ответ на свои гадкие слова. Это был взгляд сильного человека, не желающего пощады и одолжений.

— Хорошо, пойдем, — сказала она спокойно.

Он обнял ее нежно, ласковыми движениями рук извиняясь за вспышку гнева. Осторожно снял платье, аккуратно повесил на стул. Легко, словно пробуя, прижался губами к нежным завиткам там, где шея переходит в затылок, именно это местечко весь вечер манило его.