Клиника верности

Он заказал кафе, купил кольца, так что Илье Алексеевичу осталось только позаботиться о платье для новобрачной. Ванины родители не успевали прилететь из Новосибирска, и Анциферов вместе с Ильей Алексеевичем и Алисой написали им длинное письмо по электронной почте, где извинялись за срочность, вызванную беременностью невесты, причем Ваня называл себя отцом ребенка.

Пригласили несколько Ваниных друзей и подружек Алисы, из старшего поколения — Колдунова с женой. Илья Алексеевич долго не мог решить, как быть с Тамарой, опасаясь скандала в загсе. Но ведь мать имеет полное право выдать замуж собственную дочь, а возмездия им не избежать, что так, что эдак. Наконец он принял соломоново решение. В загсе обойдутся без них, Илья Алексеевич все объяснит жене дома и привезет в кафе. Изменить она уже ничего не сможет, брак будет совершен, а дальше пусть сама выбирает, что ей больше по вкусу — радоваться счастью дочери или исходить злобой от того, что ее не пригласили, не спросили разрешения и т. д. Он понимал, что, действуя таким образом, лишает Тамару самой упоительной части процесса выданья дочери замуж. Не выбора свадебного платья, не сбора приданого, не устройства жилья для новобрачных, конечно, нет! Этими глупостями Тамара не стала бы заниматься, даже если бы ее попросили. А вот устраивать жениху допросы с пристрастием, запрещать Алисе связываться с ним и предрекать ей все возможные несчастья, если она ослушается матери и выйдет за него… О, Тамара мечтала об этом, наверное, с тех пор как родила дочь. А Илья Алексеевич, слизняк и ничтожество, существо, ни разу не вставшее у Тамары на пути, вдруг взял да и выхватил у нее из-под носа столь великолепное развлечение!

Ему вдруг стало весело. Что он беспокоится, в самом деле! Алиса, ради которой он пытался всеми силами хранить мир в семье, будет теперь жить отдельно, у нее появится множество новых забот, рядом с которыми отношения между мамой и дочкой отойдут на последнее место. А сам он Тамарины штучки как-нибудь перетерпит.

Все прошло почти так, как он предполагал. Собираясь в кафе, Тамара бушевала, проклинала Алису последними словами, кричала, что «чертова дрянь» могла подумать не только о себе. А «этот козел», то есть жених, должен был прежде всего спросить разрешения у родителей невесты. «В нашей семье так не принято!» — вопила Тамара. Илья Алексеевич хотел сказать: «Если в твоей семье это не принято, так и вела бы себя с дочерью так, чтоб та хоть чуть-чуть доверяла тебе», — но промолчал.

Немного разрядившись дома, в кафе Тамара вела себя прилично. Этим Илья Алексеевич был обязан присутствию Колдунова с супругой. Ян Александрович работал с Тамарой в одном учреждении и мог бы разболтать о ее истериках.