Порочная клятва

Мы работали на нее, и она имеет полный доступ ко всем доказательствам, связывающим нас со всеми ее заданиями. Так что не будем исключать, что она может пойти в полицию с просьбой помочь задержать нас.

У меня внутри все переворачивается. Об этом я не подумала. На первый взгляд Оливия кажется респектабельным, состоятельным членом общества, а у таких людей всегда больше шансов получить от закона то, что они хотят.

Разговор продолжается по кругу, ребята обсуждают, кого они знают по пути в Мексику, кто мог бы нам помочь и безопасно ли вообще с кем-либо связываться.

Вик выводит на экран карту и разворачивает ее так, чтобы мы все могли видеть, намечая различные пути, которые могут привести нас туда, куда мы хотим попасть. Расстояние кажется таким огромным, и чем больше они говорят, уточняя детали, тем больше я беспокоюсь, что мы переоцениваем себя.

В конце концов, я ощущаю усталость от проведенного в беспокойствах дня. Глаза того и гляди закроются, и я прикрываю зевоту рукой, сонно моргая и пытаясь вслушаться во все, что они говорят.

– Уже поздно, – говорит Рэнсом спустя еще несколько минут. – Нам нужно немного отдохнуть. Особенно если предстоит чертовски долгая поездка. – Он подталкивает меня плечом. – Ты очень сонная, красавица.

– Нет, – бормочу я, качая головой. – Я в порядке. Нам нужно продолжать разрабатывать стратегию.

– На сегодня мы сделали все, что могли.

Он встает и поднимает меня со стула, кладет руки мне на плечи, чтобы направить в сторону спальни. Я не сопротивляюсь ему, мое тело обмякает от усталости, а ноги шаркают по полу. Другой стул со скрежетом отодвигается от стола, и когда я поворачиваю голову, то вижу, что Мэлис тоже встает. Не говоря ни слова, он следует за нами, молча направляясь в спальню.

Я не утруждаю себя раздеванием, просто забираюсь в постель, подавляя очередной зевок. Рэнсом и Мэлис ложатся по обе стороны от меня, как после секса. Это должно бы вызывать клаустрофобию или, по крайней мере, дискомфорт, но мне приятно, что они рядом и защищают меня.

По коридору раздаются тихие шаги, и в комнату проскальзывает Вик. Он выключает свет и садится в кресло в углу. Я чувствую, как он смотрит на нас, пока устраивается поудобнее. Когда мои глаза привыкают к темноте, я оглядываюсь назад, различая его силуэт в темноте, страстно желая, чтобы он присоединился к нам.

С Рэнсомом и даже Мэлисом все проще – они оба берут то, что хотят, и дают мне то, что мне нужно взамен. Но Вик держится особняком, возводя стены, хотя иногда и позволяет мне заглянуть за них.

Я влюблена в него так же, как и в его братьев, и надеюсь, он это знает. Надеюсь, он понимает, что я хочу его таким, какой он есть, любым доступным способом, и что я всегда буду так думать.

Я просто хочу, чтобы он чувствовал себя частью нас.