Клад тверских бунтарей

— А как отрезать-то, князь, если эти самые болота со всех сторон?

— Значит, не допусти, чтобы кто-то из дома выскочил и добежал до болота в любую сторону.

— Понял, — буркнул Горбун и ушел.

Савельев же крикнул:"

"— Люди! Мы ратники особой государевой дружины, нас всего шесть человек. Выходите, не бойтесь, худого не сделаем, поговорим, разрешим кое-какие вопросы. Я, князь Савельев, обещаю, что никто вам не причинит ничего худого.

В ответ — тишина.

Дмитрий крикнул второй раз, третий.

Наконец из ближней землянки показалась худая бабенка с младенцем на руках.

Она выглянула, осмотрелась и так же громко выкрикнула:

— Сестры, их тут действительно мало, и сабли у них в ножнах. — Женщина подошла к Савельеву и сказала: — Я Марья Колупаева, жена Андрея, который на рассвете ушел со всеми. Отвечай, мой муж жив?

— Тяжко мне, Марья, такое говорить, но скрывать правду я не привык. Твой муж мертв.

Ратники ожидали, что женщина с младенцем упадет на землю и забьется в рыданиях, но она только покачала головой и сказала:

— А ведь говорила я ему, что не следует сюда идти. Тут смерть. Да разве мужик послушается бабу? Вот и нашел Андрей погибель свою. Как он помер-то?

— О том, что произошло между лесом и рощей, я расскажу сразу всем бабам. Пусть выходят, не боятся. Я, князь Савельев, никогда не нарушаю своих обещаний.

Но бабы и без зова Марьи начали выходить из землянок. С ними были младенцы, детишки постарше, подростки лет двенадцати, но тех мало, особенно девчонок. Все они встали полукругом и настороженно глядели на ратников.

Савельев посмотрел в сторону жилого сруба. Горбун перехватил его взгляд и пожал плечами. Это означало, что там тихо, никто не выходил.

Вскоре толпа стала большой. Дружинники оказались в плотном кольце. Савельев поднял руку. Все замолчали.

— Новость у меня для вас печальная, — проговорил воевода. — Из ваших мужиков в живых остались только двое: Федот Щука и Игнат Брыло, изрядно подраненный. Их доставят в тверскую темницу, где уже сидят главарь шайки Меченый и его подельник боярин Воронов. Вскоре они предстанут перед государевым судом.

Кто-то закричал, кто-то заплакал, но, в общем, толпа не распалась, не забилась в истерике, не разбежалась.

Савельев продолжил:

— А ведь еще вчера я встречался с Игнатом Брыло. Он сообщил мне, что шайка готова сдаться, вернуть сокровища и икону, похищенные из царского обоза. В этом случае ваши мужики не погибли бы. Царь Иван Васильевич милостив. Он следует правилу, гласящему, что повинную голову меч не сечет. Без наказания не обошлось бы, конечно. Государь всех отправил бы в ссылку, на тяжкие труды, но ваши мужья остались бы живы. Но что сделал Брыло? Вместо сдачи он удумал совершить прорыв. Намеревался с мужиками уйти, оставив вас здесь, потому как с семьями далеко не убраться.