Художница из Джайпура

– Я люблю сладкое, – повторил Мадхо Сингх, и слуга с Маликом вышли из гостиной.

Я повернулась к вдовствующей королеве, и та, не удержавшись, расхохоталась.

– Терпеть не могу этого повара, – сказала она. – Никогда-то не приготовит блюдо так, чтобы пришлось мне по вкусу. Он был любимцем моего мужа и теперь злится, что вынужден служить мне. Он взбесится, когда узнает, что ему придется торчать у раскаленной плиты, чтобы накормить еще один рот.

Я успокоилась. Махарани тоже хитрила, как все мои клиентки.

Она перевернула бубновую шестерку, положила на трефовую семерку.

– Значит, ты знакома с Парвати Сингх. Ее отец был двоюродным братом моей матери. – Махарани улыбнулась мне. – Самир, ее муж, совершенно неотразим. Он, как никто, умеет угадать с подарком. Ты знала об этом?

– Нет, ваше высочество, – озадаченно пробормотала я.

– А могла бы, – уклончиво заметила она. – Это ведь ты, насколько я понимаю, его снабжаешь.

– У вас роскошные волосы, ваше высочество.

– Раз уж Самир утверждает, что ты творишь чудеса, я склонна ему верить. – Она впилась в меня испытующим взглядом. – Ты сама-то веришь?

– Так обо мне говорят.

– А ну-ка покажи голову.

– Люблю, когда голова правильной формы, – сказала махарани.

Вошел слуга с серебристым чайным сервизом. Такие же точно рисунки украшали фарфор Парвати. На блюдце с золотой каймой лежали тонюсенькие печенья с вкрапленными посередине кусочками фисташек и цветками лаванды. Слуга налил нам чай. Махарани постучала по столу холеным ноготком, и слуга тут же поставил чашку подле карт. Правда, к чаю махарани не притронулась.

– Мой покойный муж очень любил чай. В день выпивал чашек по пять, по шесть, а уж сахару сыпал столько, что впору было самому стать сахарным. – Она примолкла. – Ан нет.

Неожиданная прямота ее высочества отчего-то внушала симпатию. Наверное, все монаршие особы эксцентричны, рассудила я и наконец позволила себе расслабленно откинуться на подушку дивана. Я отпила глоток чаю со сливками – сладкого, с привкусом корицы и кардамона.

– Всю жизнь был эгоистом, – продолжала ее высочество. – Своим фавориткам наделал шестьдесят пять детей – кто их считает, внебрачных-то. А пяти законным женам, мне в том числе, постарался не сделать ни одного. Знаешь, почему? – Она зажала карту указательным и средним пальцем: так мужчины держат сигарету.

Я вежливо наклонила голову.

– Астролог посоветовал ему не доверять кровным наследникам. И вместо того чтобы родить законного сына, он усыновил мальчика из семьи раджпутов, который и стал нашим махараджей. – Она шлепнула карту на стол, картинкой вниз. – Я живу во дворце с махараджей, который мне не родной сын, и с махарани – женой моего пасынка.