Холодный ветер перемен (СИ)

Наивный мальчик, ещё не верящий в то, что у любви всей его жизни могут быть свои планы на жизнь. Например, грабануть своего воздыхателя, а заодно и его друга. Проблема отодвинулась от Петьки, но не исчезла. Эти четверо отпечатков понаоставляли, когда вскрывали ленинскую комнату, плюс ножи у двоих — реальный холодняк, а мелкий ещё и на условке. А значит, можно надеяться, что так просто они не соскочат, тем более, у меня есть, кого попросить тщательнее с ними поработать. Уж не верю, что это у них в первый раз — больно борзые. Проблема в том, что Петька должен не им. Может его любовь что-то за и наводку получит, а Петрухин долг точно минусовать никто не планирует.

— Завтра с утра едем к твоей милой, а с работой завязывай, денег я тебе дам, если что, — принимаю решение я.

Сам хочу разобраться для начала. Ну как сам — возьму Илюху в помощь, если что. Неохота милицию сразу вмешивать в эти дела, волна пойдёт, — мол, играет на деньги ученик комсомольской школы!

В общаге нахожу Илюху, он в компании пятерых друзей по Афгану. Сидят, пьют пиво из трехлитровых банок. Чё-то туплю я в этом теле — взял и ляпнул Илье про свою просьбу. А уже датым молодым парням вписаться за друга — святое дело! Короче, не дождались мы утра. Идём в Николаевку. Этот микрорайон, расположенный почти в центре Красноярска, вплотную примыкает к Студгородку, так что идти пришлось недолго. Пятиэтажные «хрущевки» по улице Киренского закончились, и начался частный сектор. Деревянные дома в один-два этажа, высокие заборы. В воздухе гарь от печных труб, повсюду слышится лай собак. Попадается кое-какой местный люд. Рассматривают нас без симпатии, но взглядами стараются не встречаться — полные праведного гнева парни выглядят воинственно. Блин, как бы без членовредительства обойтись? Петька как-то обреченно ведёт нас к месту, где играют в карты. Довольно большой дом. Стучим в ворота.

Открывает калитку невзрачный мужичок с лохматой шевелюрой.

— Вы к кому? — теряется он, увидев толпу парней.

— Не бойся, не к тебе, — отодвигаю мужика, и мы толпой вваливаемся во двор дома.

Минуя высокое крыльцо, сени и коридор, без стука по-хозяйски проходим в большую комнату без дверей. Накурено. Два стола, два дивана и несколько массивных табуреток. В карты не играет никто, хотя те на столах присутствуют, и даже разложены. Человек пять мазуриков сидят на диване с непонятно-испуганным выражением лица, а перед ними возвышаются два мужика. Все присутствующие удивленно смотрят на нас. Опа! Одного из стоящих я знаю. Это Вано!

— Привет, боксёр, — узнаёт он меня. — Какими судьбами тут?

— Долг пришёл забрать, — честно отвечаю я.

— Планы совпали, они и мне должны, — криво щерится Вано, наконец, разглядев какой компанией мы завалились в этот катран.