Холодный ветер перемен (СИ)

— Что? Кто? — просыпается тот.

Не обращаю больше внимания на него и выхожу во двор. Грабителей четверо. Здоровые все парни, кроме того, который мопед передавал. Я один, но чего мне бояться? Боксер всё-таки.

— Стоять! Боятся! — ору ворюгам я.

Прикидываю уже кому и как врезать. Но через секунду понимаю — надо делать ноги, а я в тапочках. Парни достают ножи! И чего я против вооруженных людей полуголый сделаю? Только бежать.

«Хорошо вход рядом, и можно дверь на задвижку закрыть», — мелькает мысль.

— Сдрисни, козёл, отсюда, — говорит, как ни странно, самый низкорослый.

Мои мысли прочитал? Бежа-а-а-ать! Но убежать я не успел. За спиной раздался глухой щелчок передергивания затвора пистолета.

— Мордой в пол, сявки! — слышу голос Епифана Ниловича!

Развернувшись, вижу в руке вахтера реально какой-то ствол, которым он водит влево-вправо.

— Быстро! — Нилыч, наконец, определился с целью, наведя пушку на самого дальнего, стоящего с моим мопедом.

Ворюги, матюкаясь, ложатся.

— Ножи в сторону! Ну! Кому башку прострелить? — также угрожающе спокойно говорит фронтовик.

Я, не теряясь, собираю ножи, попутно пнув по роже мелкого хама. А чё? Я перенервничал, меня понять можно.

— Иди, внучок, вызови милицию, я пока покараулю, — говорит мне вахтёр.

— А это? — я кивком показываю на пистолет, мол, менты всяко спросят — а откуда?

— Это наградной, и удостоверение есть, и стрелять как не забыл, — правильно понимает мою заминку Епифан Нилович.

Мд-а уж, а ведь чуть не порезали урки меня. «Лучше старенький ТТ, чем дзюдо и карате».

Милиция приехала быстро. Под маты и угрозы в нашу с Нилычем сторону грабителей вяжут, у сторожа проверяют документы на пистолет. Приехавший после следователь недокраденную аппаратуру и мой мопед изъял, пообещав вскорости вернуть. Короче, поехал я утром в горком на троллейбусе и невыспавшийся. По пути вспоминал лихие девяностые, когда и ножи уже за оружие с трудом сходили. В дело пойдёт и гладкоствол, и нарезное — автоматы и пистолеты, и ещё что потяжелее. Рэкет, разборки, передел собственности и всё такое. Прикидываю, что меня ждёт, и становится грустно. Не хочу через это проходить ещё раз.

На общем собрании отдела «бурление говен». Сидим в нашем с Женькой кабинете, но мой пока ещё действующий зам дистанцируется от разборок.

— Почему это только нашего отдела коснулось? — запальчиво говорит Никитинская Света. — Никогда такого раньше не было!

Света — мама двоих маленьких дочек, поэтому постоянно опаздывает, отпрашивается или сидит на больничном. Она — второй реальный кандидат на увольнение, … если бы мы сейчас были в капиталистическом будущем. А тут, в стране советов, она защищена.