Холодный ветер перемен (СИ)

Гурьянов по итогу поднял больше полтинника. Достаю деньги.

— Да можно потом, отыграешься, а пока запишу на тебя, — деликатно предлагает Гурьянов.

— Да нах! С тобой отыграешься! — не ведусь я.

И правда, одну ночь посидеть, поговорить, поностальгировать разок можно, а вот две — уже перебор. Зато наладил связи с будущим золотодобытчиком, которому мне есть что предложить. Да и просто стало интересно, как начинал он свой жизненный путь.

Топаю вниз по морозцу к своей общаге. Вот и окошко моей комнаты. В соседней, у Ленки, темно, а в нашей виден тусклый свет от телевизора. Это странно, ведь сейчас ночью ничего не транслируют ещё, да и не включал я его. Бейбут, наверное, вернулся. Открываю дверь своим ключом. И точно. Свет от телевизора, показывающего настроечную таблицу, осветил спящего друга. А на моей кровати спит девушка! Да так сочно спит — в одних трусиках. Судя по духану в комнате, тут выпивали. Накрываю милаху упавшей простыней и ставлю кипятиться чайник. Спецом гремлю, стараясь разбудить лежебок — утро уже, а мне поспать бы пару часиков хоть. Первой просыпается девушка, поворачивает ко мне свою заспанную мордашку, и я понимаю, что знаю её. Это несостоявшаяся жена Бейбута. Хотя может ещё и состоится. Раз родители за них всё решили, куда моему другу деваться?

— Привет, Аида, — приветливо машу рукой я, с трудом вспомнив имя этой казахской красавицы.

Но это для меня она красивая, а у Бейбута другой идеал. Как он сказал, и фигура у неё не та, и нос утиный, а он круглый любит, и глазищи, совершенно не азиатские, в пол-лица.

— А … что … где я? — пытается понять девушка.

— Ты у нас в комнате, спишь на моей кровати, теперь мне, как честному человеку, на тебе жениться придётся, — с грустинкой в голосе пугаю её.

— Врёшь! — убеждённо говорит Аида, но, заглянув под простыню, тихо добавляет: — Ой!

— Отвернись, я оденусь, — просит она.

— Что я там не видел ещё? — глумлюсь я, отыгрываясь за потерянные несколько часов сна. — Да и после того, что у нас было …

— Ты ври, да не завирайся, крови нет! Не было ничего! — торжествующе сообщает Аида, ещё раз заглянув себе под простыню.

«Во как! Девочка она», — размышляю я, отвернувшись.

Совместно будим Бейбута.

— О, Аида в гости пришла! — удивляется тот.

На лице у Бейбута синяк, губы разбиты. Это как же они вчера напились, если ни он, ни она ничего не помнят?!

— В финале отборки проиграл. Засудили, — говорит помятый, побитый, но несломленный друг.

— Вспомнила! Я приехала тебя проведать, ты же говорил своим, что в воскресенье будешь уже в Красноярске, — немного проясняет причину своего появления у нас в гостях казашка.

— Классный батник, — цокает языком казах Казах, разглядывая мою случайную покупку.