Хочу тебя, девочка

Та самая, что на кажущемся уже таким давним приеме сказала мне, что Камиль скоро со мной наиграется. Что он вернется к ней. Потому что всегда к ней возвращается.

Исаев едва мазнул по мне взглядом и от безразличия в его глазах вдруг стало так холодно, что я вздрогнула.

— Уберите ее отсюда, — кинул он кому-то сзади и ушел, более не оборачиваясь. Словно имел дело с какой-нибудь уличной попрошайкой…

Чьи-то крепкие пальцы вцепились мне в запястье. Краем глаза я заметила, что это один из охранников, стоявших на входе.

— Шла бы ты отсюда, милочка, — напутствовал он грубовато, но беззлобно.

И тут раздался голос, который я никак не ожидала услышать:

Ко мне широким шагом направлялся Ежов. Остановившись напротив, он пытливо вгляделся в мое лицо и спросил:

— Что ты тут делаешь?

Я безразлично передернула плечами:

— Камиль забыл у меня какие-то документы… Я подумала, что они могут быть ему нужны.

Пальцы Ежова ощутимо, но аккуратно сжались на моем плече. Пытаясь перехватить мой взгляд, он сказал непривычно мягко:

— Не нужно больше приходить, Марина. Ты ведь уже и сама все поняла. А я тебя предупреждал…

Я криво усмехнулась:

— Можете торжествовать.

В его глазах мелькнуло нечто странное, смутно похожее на сожаление. Он отступил на шаг и протянул руку, на которую я непонимающе уставилась.

— Я заберу документы, — вынужден был пояснить Ежов.

Я снова пожала плечами, протягивая ему пачку бумаг:

— Делайте, что хотите.

И с этими словами просто пошла прочь. Все, что касалось Камиля и его фирмы, больше не имело ко мне никакого отношения.

И с этим нужно было отныне как-то жить.

— Милый… ты совсем не обращаешь на меня внимание, — промурлыкала Ариадна, а в миру Светлана Долгова, запустив пальцы с острыми когтями в волосы на моем затылке.      

Я инстинктивно попытался увернуться. И от этого касания, и от самой Ариадны. Не особо понимал, зачем позвал ее появиться на приеме рядом со мной. Хотя, вру… Понимал. Мне хотелось сразу двух вещей. Первая — создать себе иллюзию возвращения к привычной жизни. Вторая — хоть как-то уязвить Марину.    

Наверняка фотографии с приема, на котором я собирался появиться с бывшей, уже завтра заполонят интернет. Но черт бы все побрал, как же мне хотелось бы посмотреть на Марину в этот момент! Что она почувствует? Ревность? О, нет. Вряд ли. Ведь девочка была рядом со мной исходя из своих, весьма конкретных и понятных теперь целей.        

Злость? Да, пожалуй, я, как идиот мальчишка пятнадцати лет, рассчитывал именно на это. Мне хотелось задеть ее. Дать прочувствовать хотя бы сотую долю того, что ощущал я. Камиль Исаев на пятом десятке лет скатился до таких вещей, и виной тому была она. Марина. Отравой проникшая в мое нутро и мое сердце.