КГБ в смокинге. Книга 1

Я почти физически ощущала, как вся моя воля, интеллект и жалкие остатки логики, все мои возвышенные и не лишенные девичьего романтизма представления бывшей комсомольской активистки о свободе личности и силе слова, — все это осыпалось с меня, как шелуха, оставляя после себя какой-то первобытный, животный страх. От этого страха я оцепенела, слова первого кагэбэшника страны доносились до меня, как через ватную подушку, приглушенно и тупо. В этот момент меня можно было запросто размазать по стене черенком алюминиевой ложки. Господи, за что?..

— Я жду, Валентина Васильевна, — тактично напомнил о своем присутствии Андропов.

— Юрий Владимирович, — я глубоко вздохнула, набираясь мужества и нахальства, на какие только была способна. — Я по-прежнему не могу осознать всю глубину совершенной мною глупости, а потому прошу прикончить меня прямо здесь, на даче, и, если можно, из вашего личного оружия, но только сразу и в голову, чтобы я не мучилась в агонии…

На лице моего собеседника не дрогнул ни один мускул. Несколько секунд он рассматривал меня в упор, но я выдержала этот взгляд. Когда находишься в полуобморочном, подводном, я бы сказала, состоянии, то видишь только мутно-стальные, похожие на пуговицы глаза акулы, даже не вдумываясь, чьи они. Впрочем, спустя какое-то время взор председателя вдруг потеплел, словно в разгар тяжкой работы по искоренению скверны в родном отечестве он вспомнил о своей малолетней внучке, пускающей на радостях радужные пузыри соплей.

— Вы подходите нам, Валентина Васильевна.

— А в каком смысле вы бы хотели нам подходить?

— Нам — КГБ СССР, или нам — Юрию Владимировичу Андропову?

— Ваши коллеги отзывались о вас как о женщине с весьма своеобразным чувством юмора…

— Вы не ответили на мой вопрос.

— Хватит! — Андропов легонько хлопнул по столу своей ухоженной белой рукой и поднялся с кресла. — Скажите, Валентина Васильевна, вы бывали когда-нибудь в Аргентине?

— Естественно, не бывала.

— Вам что-нибудь говорит такое имя — Хулио Кортасар?

— Юрий Владимирович, Бога ради! Если вы скажете сейчас, что и он работает на КГБ, я застрелюсь без вашей помощи!

— По всей видимости, вы чрезмерно увлекаетесь кофе. С такими нервами просто необходимо пить на ночь настой шиповника…

Андропов медленно (он все делал подчеркнуто медленно) подошел к настенному календарю, какое-то время молча его разглядывал, после чего повернулся ко мне. По губам председателя скользила тонкая улыбка:

— Сегодня двадцать шестое ноября.