КГБ в смокинге. Книга 1

Инсценировать автомобильную катастрофу, понимаешь?

— Но ведь этого не случилось, Юджин! Ничего такого не произошло! Зачем же убивать человека?!

— Ты права, — тихо сказал Юджин. — Этого не случилось. К счастью… Но чтобы этого не случилось, твоему Мишину пришлось убрать четырех кадровых работников КГБ. Тебе это известно?

— Я не занималась подсчетами.

— Этим занимался я, — отрезал Юджин. — И отвечаю за достоверность своей информации. Так вот, твой редактор — свидетель, хотя и не очевидец. И если Мишин позволит себе такую непрофессиональную глупость и отпустит его, то сразу по возвращении в Москву он подробно проинформирует кого следует, как и при каких обстоятельствах все это происходило…

— Так ведь Витяне все равно терять нечего! — крикнула я. — Он и так вне закона!

— Во-первых, не кричи, Вэл… — осторожно, словно боясь причинить мне боль, он положил свою здоровенную руку мне на плечо и тихонько прижал к себе. — Во-вторых, ты — и это очень приятный факт — не знаешь законов разведки. Одно дело, когда там, на Лубянке, только предполагают, что все эти трупы в полиэтиленовых пакетах — дело рук подполковника Виктора Мишина. И совсем другое, когда есть живой свидетель…

— Но тогда и меня надо убрать, Юджин. Если уж речь зашла о свидетелях, то я — самый главный. Ведь так?

— Есть еще одно важное обстоятельство, Вэл, — Юджин еще теснее прижал меня к себе. — Ты забыла обо мне.

— Это, пожалуй, единственное преступление, в котором меня сейчас никто не обвинит. Даже Андропов. Но продолжай…

— Пока я с тобой, тебя больше никто не тронет. Мы теперь, как говорят русские, одна компания. А мертвые… пусть они сами хоронят своих мертвецов.

— Ты считаешь, что Витяня неправ? Что мои проблемы кончились? Что мы уже совсем-совсем свободны? — мне очень хотелось услышать «да».

— Нужно, чтобы я ответил прямо здесь? Может, лучше в дороге?

— Тсс! — Юджин приложил палец к губам, потом показал на зеркальце. — Посмотри…

Грязно-белый «рено» лихо развернулся, выпустил в морозный воздух синевато-сизое облачко дыма и исчез за углом.

— Витяня времени не теряет, — с горечью пробормотала я.

— И правильно делает, — Юджин рывком сдернул «фольксваген» с места. — Все грехи надо оставлять в старом году…

Волендам. Бар «Крокет»

Сыны туманного Альбиона, попав в это уютное пристанище для холостяков, обшитое полированным тесом и уставленное пузатыми бочками с могучими медными кранами, назвали бы его пабом. Я же, с моим безошибочным чутьем уроженки пролетарского квартала Мытищ, определила, едва переступив порог, что нахожусь в классической, но очень чистой пивнушке.