КГБ в смокинге. Книга 1

Если можно, пригласите переводчика…

— Хорхе! — крикнул коротконогий куда-то вверх, словно неведомый Хорхе раскачивался под люстрой. — Спустись…

Если бы не классический романский тип коротышки, можно было с уверенностью говорить о его англосаксонском происхождении, ибо долгие две минуты, пока Хорхе выполнял приказ (теперь я уже не сомневалась, что мужчина в плаще — вожак этой стаи), он молчал, экспериментируя с огрызком сигары и не сводя с меня пронизывающего взгляда.

Откуда-то сбоку появился Хорхе — приятной наружности молодой человек в черном костюме, в черной рубашке, повязанной почему-то тоже черным галстуком, и, встав между мной и коротышкой, принял позу официанта, готового исполнить любой заказ капризного посетителя.

— Спроси ее, это она звонила? — процедил сквозь сигару человек в плаще.

— Комиссар Геретс спрашивает, — обратился ко мне на хорошем русском с испанской шепелявостью Хорхе, — это вы сообщили о случившемся?

— Как вы попали в номер к барону Гескину?

— Он пригласил меня.

— Близкими? (Хорхе перевел «ближними».)

— Объясните, что вы имеете в виду?

— Я имею в виду, что барон не был моим любовником.

— Как давно вы его знаете?

— Разве чтобы позвонить в полицию, когда видишь мертвого, и не вызвать при этом подозрений, необходимо быть его врагом?

Хорхе запнулся. Фраза и по-русски выглядела довольно громоздко, а тут еще переводить…

Геретс нетерпеливо уставился на толмача.

Хорхе набрал воздуху в грудь и выдал пулеметную очередь тирады, сопровождая ее отчаянной жестикуляцией. Дослушав, Геретс хмыкнул и что-то проворчал.

— Комиссар говорит, что вопросы задает только он.

— Блин морской, и здесь то же самое! — вздохнула я.

— Сеньора, что такое «блин морской»? — со страхом в голосе спросил Хорхе. — Напоминаю вам, что ваши показания будут занесены в протокол и каждое слово может иметь огромное значение для следствия…

— Это не для протокола.

— Что она говорит? — вмешался Геретс.

Комиссар что-то рявкнул.

— Извините, сеньора, но комиссар Геретс настоятельно требует, чтобы вы пояснили ту фразу, которую я не понял.

Хорхе отер платком пот со лба и с завистью посмотрел на своих товарищей по стае, которые, не переставая галдеть, продолжали шнырять по комнатам.

— «Блин морской» — это идиома, ругательство, производное, черт побери! — я чувствовала, что теряю терпение и сейчас брякну что-нибудь не то.

Геретс вновь что-то рявкнул, на сей раз с еще более угрожающей интонацией.

— Производное от чего, сеньора? — спросил Хорхе.

— Производное от существительного «блядь», — отчеканила я.

— Простите… — Хорхе беспомощно взглянул на меня, потом на комиссара.

— Что? — в третий раз рявкнул Геретс.

Хорхе посмотрел на меня безумными глазами.