КГБ в смокинге. Книга 1

Так что даже если ты вывернешься наизнанку, все равно получишь от него не больше двух таблеток секонала…

— Вторая причина значительно банальнее: я не хочу терять тебя, Вэл…

Буэнос-Айрес. Дом без адреса

Как ни странно, я уснула без всяких таблеток, словно провалилась куда-то, и спала как бревно: без видений, вскрикиваний и прочих признаков душевного непокоя. Я даже не успела подумать, одновременно скидывая туфли и стягивая платье, что, вполне возможно, уже никогда не проснусь.

Когда я открыла глаза, надо мной возвышался Юджин с припухшими от недосыпа веками и почему-то весь в ореоле сизого дыма, словно его только что постигло короткое замыкание. Секундой позже я поняла, что виновниками дымовой завесы были зажженная сигарета и чашка горячего кофе.

— Очень напоминает сюжет «Спящей красавицы», — пробормотала я, натягивая одеяло до подбородка. — Не хватает только хрустального гроба.

— Двойная ложь натощак — страшный грех… — Юджин аккуратно поставил чашку на один из шестисот пуфиков моей перемеблированной тюряги и стряхнул пепел прямо на ковер.

— Почему двойная? — придерживая одеяло правой рукой, я попыталась левой подцепить чашку. — Гроб будет не хрустальным?

— Во-первых, ты уже не спишь, а во-вторых — вовсе не красавица.

— Можно всю жизнь врываться в семь утра в спальни самых разных женщин, но так и не встретить красавицу. Ни спящую, ни бодрствующую. Ибо чтобы статьею, женщине необходимо хотя бы минут на двести заскочить в ванную. Увиденное тобой — лишь часть того, что, в принципе, может стать красавицей. Ты и увидел часть. А результат налицо — дуракам полработы не показывают.

— Каким шефам? — я наконец исхитрилась отпить глоток из чашки, не продемонстрировав при этом Юджину особенности своей грудной клетки. Кофе был совершенно потрясающий, если только Вирджил чего-нибудь туда не капнул. — Ты решил устроить бесплатное коллективное посещение моей спальни?

— А разве есть сумасшедшие, которые согласятся за это платить? — Юджин критически обозрел мои патлы.

— Твое счастье, что кофе слишком хорош, а то бы я…

— У тебя нет двухсот минут, Вэл. Только десять. На кофе, туалет и переодевание, — он поискал глазами пепельницу и, не найдя ее, швырнул окурок в вазу с цветами. Раздалось короткое обиженное шипение. — Сделай милость, превратись в красавицу за десять минут. Потому что мой шеф, который согласился пообщаться с тобой, в известном смысле дурак. То есть он не всегда понимает, показывают ли ему всю работу или только половину…

Как всякий разведчик, Юджин чего-то недоговаривал или принципиально говорил не то, чего я ждала от него.