КГБ в смокинге. Книга 1

 — Что надо подписать?

— Не торопитесь! — Юджин усмехнулся и тоже закурил. — Сейчас приедем к большому шаману, он вам все и скажет.

— А вы, значит, что-то вроде слона на доске?

— В шахматах говорят «слон».

— А в ЦРУ — «офицер».

— Выполняли задание, сэр офицер? Готовили почву?

— Вот-вот, гражданка. Выполнял, готовил…

— Судя по всему, не без успеха?

— А вы себя как чувствуете, гражданка? Нормально?

— Да вроде пока ничего.

— Значит, не без успеха.

— И кто же вам такое идиотское задание дал, гражданин офицер? Уж не президент ли США?

— Моя мама. Собственная. Я ей позвонил в штат Висконсин: «Так, мол, и так, как вам понравится, если сынок ваш единственный и ненаглядный заведет шашни с агентом КГБ? Служба, правда, пренеприятная, зато агент уж больно хорош». Ну, мама, естественно, теряет дар речи от свалившегося на нее счастья, а потом спрашивает: «А зачем она тебе, сынок? Тебя же за такие глупости с работы попрут!»

— Мама рассуждает резонно, — сказала я, чувствуя подступающую к горлу дурноту. — Умная женщина, чего, к сожалению, не скажешь о сыне.

— Я передам ей твои слова, — кивнул Юджин, приоткрыл окно и щелчком выбросил сигарету. — Ей будет очень приятно.

— Так чего ты хочешь от меня?

— Ничего, Вэл! — Юджин вдруг взял мою руку и как-то неуклюже сжал. — Абсолютно ничего, я ничего не хочу от тебя как офицер американской разведки. Забудь об этом, если можешь. У меня одна только просьба…

— Да послушай же! — Юджин отпустил мою руку, зато резко сжал плечо. — Неужели ты не понимаешь, что я кругом неправ, ведя с тобой эти бойскаутские разговоры? Я рискую всем, что имею! И говорю об этом вовсе не для того, чтобы ты потеряла сознание от моего благородства. У меня есть корыстный интерес: я хочу, чтобы ты выжила. Помоги мне в этом, и мы в расчете.

— Как я могу помочь тебе?

— Скажи Уолшу правду.

— Это мой босс, заместитель начальника ЦРУ по оперативным делам. От него зависит все…

— Это с ним ты беседовал после ресторана?

— И ему я обязана отсрочкой?

— Что ты сказал ему, чтобы выиграть сегодняшнее утро?

— Это важно! И отпусти плечо, мне больно.

— Извини… — видимо, не зная, куда девать свои длиннющие руки, Юджин скрестил их на груди. — Я сказал Уолшу, что ты честный человек… Что я не знаю всех обстоятельств, которые связали тебя с «конторой», но верю тебе, хоть ты и лгала мне… Что ты мне нужна… Короче, мне кажется, Уолш кое-что понял.

Надо было быть полной чуркой, чтобы не почувствовать искренность этого парня. Я уже устала к тому времени моделировать ситуации, в которых этот цээрушник вешал мне на уши лапшу по заранее утвержденному плану. Он был искренним до нутра — никакой Габен уже не смог бы убедить меня в обратном.