Казачий крест

В кузне и вправду было жарко, так что работал Матвей голым по пояс, укрыв грудь фартуком из толстой кожи.

Пламя горна отбрасывало отсветы на его влажную от пота кожу, а налившиеся мышцы скользили под ней, словно упругие мячики. Красоваться парню и в голову не приходило. Сейчас ему важнее было побыстрее разобраться с этим мелким делом и вернуться к главной задаче, но вспомнив слова матери, он на мгновение замер, а потом озорно усмехнулся.

Приведя нож в порядок, он привычно проверил его остроту на куске дерева и, отерев клинок чистой тряпицей, протянул вдове:

– Держи. Готово.

– И вправду ловко, – одобрительно улыбнулась Ульяна, легко вскакивая на ноги. – И заточил славно, – продолжила она, попробовав остроту пальцем.

Вместо ответа Матвей приобнял её за талию и, подтянув к себе, еле слышно спросил, заглядывая в глаза:

– Зайду вечером, пустишь ли?

– А ты заходи, там посмотрим, – лукаво улыбнулась вдова, ещё теснее прижимаясь к нему.

– Тогда, как стемнеет, жди, – пообещал парень, коротко поцеловав её в губы.

Тихо охнув, женщина на мгновение замерла, а потом, сделав глубокий вздох, жарко выдохнула:

– Не стучись. Сразу в хату ступай, я встречу.

Стремительно развернувшись, она выскочила из кузни и быстрым шагом поспешила на улицу.

– Чего Ульяна заходила? – спросил вошедший кузнец.

– У ножа конец обломился. Просила поправить да наточить, – пожал Матвей плечами.

– Сделал?

– Само собой. Ты ж сам говорил вдовам завсегда помогать.

– От и добре, – кивнул мастер. – Заканчивай, вечерять пойдём. Мать уж накрыла всё.

– Ступай, бать. Я инструмент приберу да горн проверю, – кивнул парень, откладывая свои заготовки.

Одобрительно улыбнувшись, Григорий вышел из кузни, а Матвей, тряхнув головой, мысленно похвалил себя, что не стал сразу снимать фартук. Близость молодой женщины заставила его организм выразить своё одобрение во всей красе. Даже немного больно стало. Только теперь парень понял, что, оказавшись в этом времени, он ещё ни разу не был с женщиной. И это при том, что оказался в теле на десять лет моложе.

Кое-как уняв разбушевавшиеся гормоны, парень навёл в кузнице порядок и поспешил домой. Ужинать. С наступлением весны он переселился на сеновал, так что его уход никто не должен был заметить. С этими приятными мыслями Матвей быстро смёл всё, что подала мать, и, пожелав всем доброй ночи, выскочил из дому. Как ни крути, а идти к женщине без подарка было неправильно. Припомнив, что в сарае хранится с десяток кухонных ножей, которые отец делал в запас, парень направился туда.

Выбрав подходящую пару, Матвей с грехом пополам дождался темноты и, увидев, что родители погасили свет, перемахнул плетень. Добраться до дома вдовы было делом нескольких минут.