Катрин. Книги 1-12

 — Я люблю тебя и готова умереть за тебя, и все же ты просишь меня вернуться к Филиппу! О, ты презираешь меня а я-то думала, что ты меня хоть немного любишь, совсем немного!

Арно закрыл глаза. Его лицо, казалось, усохло от безграничной усталости, и он смог только прошептать:

— Ничто не имеет значения… Жанна… ничего более!

Его пронзил внезапный приступ боли, и он судорожно схватился руками за покрывало, розовая пена появилась на его губах. Ксантрай положил руку на плечо Катрин:

— Пойдемте, он очень устал! — прошептал он. — Вы должны дать ему отдохнуть. Вам тоже нужен отдых.

Катрин вскочила и впилась в него взглядом, пылающим от негодования.

— Вы знали, зачем он послал за мной, не так ли? Вы знали и до сих пор ничего не сказали! Вы жестоко обманули меня…

— Нет, я не обманывал вас, я только сказал, что он хочет вас видеть, а вы ни о чем меня больше не спросили."

"Вы должны понять, Катрин, что для нас, ее товарищей по оружию, Жанна гораздо важнее всего остального, как сказал Арно. Она — спасение страны, и ее пленение бургундцами является несчастьем с непредсказуемыми последствиями. Это приказ, приказ, вы слышите? Кто — то должен пойти к Филиппу Бургундскому и напомнить ему, что он прежде всего французский принц… Понимаете, французский! Пришло время вспомнить ему об этом! Говорят, англичане уже требуют передать им Жанну, а этого нужно избежать любым путем…

— А ведь вы недавно говорили, что он любит меня, простонала Катрин, не в состоянии сосредоточиться на чем-либо еще, кроме ее собственных чувств.

— И я повторяю, что это так! Но свою страну он любит еще больше! Он и свою сестру послал бы к Филиппу, чтобы спасти Жанну! Я, конечно, понимаю, какой жертвы мы просим у вас, Катрин… Я понимаю, но если вы действительно любите Арно так сильно, как говорите, вы должны попытаться спасти Жанну!

— Почему вы уверены, что Филипп послушает меня, что мне все удастся?

— Если он не послушает вас, он не пожелает слушать больше никого! Мы не можем пренебречь такой прекрасной возможностью!

Катрин глубоко вздохнула. Она хорошо понимала позицию капитана, и, конечно, многое говорило в пользу его слов. На их месте, безусловно, она поступила бы точно так же. Она сделала последнюю попытку.

— Герцог — благородный рыцарь. Он никогда не отдаст Жанну англичанам.

— Хотел бы я быть уверенным в этом. В любом случае, если он благородный рыцарь… вы сами — воплощение благородства! Вы… Золотое руно!

Эта фраза потрясла Катрин, и она затрепетала. Ей показалось, что она слышит голос Филиппа, говорящий ей это много дней назад. Действительно, он часто называл ее «мое золотое руно», и как страстно он ее любил…

Можно ли осуждать этих верных товарищей Жанны д'Арк за то, что свою последнюю надежду они связали с ней? Это было неизбежно! Она подчинилась.