Катрин. Книги 1-12

Вы, конечно, можете поехать к матери…

– Она поедет ко мне, – вмешалась Эрменгарда. – Вы считаете, что я могу ее оставить на растерзание всем этим кумушкам из квартала Нотр-Дам? Там многие радуются падению Главного казначея. И в городском доме Катрин не будет в безопасности. Она останется у меня!

Руссе нечего было возразить. Он разрешил Катрин поселиться в особняке Шатовиллен. Молодой капитан изменил свое отношение к супруге Гарена. Он действительно не знал больше, с кем имеет дело: с супругой преступника или с любовницей его повелителя. Он поделился своими сомнениями с Эрменгардой:

– Я не знаю, как себя вести, графиня. Монсеньор Филипп приказал мне обеспечить безопасность мадам де Бразен, не позволять ее супругу издеваться над ней, но он не знает дальнейших событий. Он все еще в Париже, и я не представляю, что будет, когда Филипп узнает о нападении на аббатство, ведь он такой набожный! Он будет взбешен, и я очень боюсь, как бы его гнев не обрушился на мадам, как бы он не счел ее сообщницей мужа…

– Ну что вы, друг мой! Разве вы забыли о том, какую любовь питает его светлость к Катрин? Разве вы не знаете, что она царит безраздельно в его сердце?

Жак де Руссе несколько вольно почесал затылок. Видно, что-то его смущало.

– Вообще… я не совсем уверен. Говорят, что в Париже монсеньор Филипп увлекся прекрасной графиней Солсбери. Вы же его хорошо знаете… Он непостоянен, страстно любит женщин, и трудно представить его хранящим верность одной. Мадам Катрин в сложном положении, да и ее состояние ее не красит. И я опасаюсь…"

"– И вы побаиваетесь за свое будущее! – насмешливо произнесла Эрменгарда. – Бог мой, по правде сказать, вы не слишком храбры для солдата! Тогда я все возьму на себя. Я забираю Катрин под свою ответственность и увожу ее к себе. Если герцог разгневается, я знаю, что ему ответить. Делайте что хотите с имуществом де Бразена, но окажите мне любезность и привезите ко мне камеристку Катрин, ее лекаря-мавра, всех слуг, а с ними доставьте все личные вещи мадам де Бразен: ее туалеты и украшения. Я все сказала! Остальное беру на себя! Никто из Шатовилленов еще не изменял дружбе! Если Филипп попытается еще что-то сделать дурное моей девочке, даю вам слово, я найду, что ему сказать. Шатовиллен – мощная крепость, о которую уже многие поломали зубы. И Филипп тоже оставит там свои зубы, если попытается обидеть Катрин… Я тогда позволю себе сказать ему все, что я об этом думаю.

Больше говорить было не о чем. Руссе сдался. Он слишком хорошо знал графиню, чтобы понять, что она выполнит свое обещание. Она могла обращаться с Филиппом, как с нашалившим мальчишкой. Покидая Сен-Сен, молодой капитан подумал, что он не позавидует Филиппу, если тот будет иметь дело с этой грозной вассалкой.