Катрин. Книги 1-12

Сам же он предпочитал сразиться с турецкой армией, чем с мадам де Шатовиллен, когда она приходит в ярость.

Катрин и Эрменгарда должны были покинуть аббатство на другой день. Молодой женщине надо было хорошо отдохнуть перед дорогой, и, потом, графиня совсем не хотела, чтобы та вернулась в Дижон следом за своим арестованным мужем. Но в тот момент, когда они собирались сесть в карету, распрощавшись и поблагодарив Жана де Блези, к ним неожиданно подошел Ландри. Она уже давно не видела этого молодого человека. Он горячо расцеловался с ней после сражения, но быстро оборвал ее слова благодарности и удалился в келью, которую ему предоставил аббат. Катрин объяснила его бледность и заострившиеся черты лица усталостью от дороги и выдержанного боя. Но когда он подошел к ней, его вид еще более обеспокоил ее.

– Я пришел проститься с тобой, Катрин, – просто сказал он.

– Проститься? Но почему? Я думала, что ты нас проводишь до Дижона.

Он покачал головой и отвернулся, чтобы Катрин не заметила блеснувших слез.

– Нет, я не еду в Дижон. Я ухожу со службы.

И замолчал. Катрин никак не могла понять, что хотел сказать Ландри.

– Ты уходишь из королевских конюших? Что такое? Ты недоволен? Ты устал служить монсеньору Филиппу?

Ландри покачал головой. Хоть он и старался сдержаться, две слезинки выкатились из его глаз и потекли по щекам. Это сильно взволновало Катрин. Она никогда не видела своего друга детства плачущим. Он всегда был в хорошем настроении, по натуре очень общительным, радовался жизни.

– Я не хочу видеть тебя несчастным! – вскричала она. – Скажи мне, что я должна сделать, как помочь тебе, моему спасителю?

– Я с радостью спасал тебя, Катрин, – тихо сказал Ландри. – Но ты ничего не можешь для меня сделать! Я остаюсь здесь, в аббатстве. Я попросил аббата принять меня в братство, и он согласился. Этот человек мне нравится. Мне будет приятно подчиняться ему.

– Ты хочешь стать монахом? Ты?

Если бы гром вдруг грянул с ясного неба, она не была бы так обескуражена. Ландри, ее веселый Ландри, среди бенедиктинцев! Ландри с тонзурой, день и ночь коленопреклоненный на холодных плитах в церкви, помогающий беднякам и обрабатывающий землю… Он, который так любит выпить, поволочиться за женщинами и пошутить!.. Который так смеялся над Лоизой, когда слышал, что она собирается уйти в монастырь.

– Смешно, правда? – снова заговорил молодой человек, слегка улыбнувшись. – Но только о такой жизни я и мечтаю. Знаешь, я любил Пакретту, и она меня тоже. Я надеялся, что однажды я смогу освободить ее голову от глупостей, всякого колдовства, сделать из нее добрую женщину, хорошую хозяйку, мать многочисленных детишек, увезти ее из этой проклятой страны. Она была странной, но мне казалось, мы понимали друг друга.