Катрин. Книги 1-12

Широким жестом он указал на неистовую красоту убранства:

– Такая комната нравится вам?

– Это… чудесно. Но, Гарен, зачем все это?"

"Наконец он вошел, медленно приблизился к жене и положил руки на плечи молодой женщины.

– Что-то подсказывало мне, что я должен возместить вам ущерб. Это дань моей жертве, дань почтения от угрызений моей совести… Кроме того, это доказывает, что я думал о вас…

Спокойно, без видимого волнения он приблизил ее к себе, поцеловал в лоб и отвернулся.

– Угрызения совести? – спросила Катрин. – Странные слова из ваших уст…

– Почему же? Это точное выражение. Я обвинил вас напрасно и сожалею об этом. Мне стало известно, что вы и вправду провели ночь у монсеньора… и, кстати, в полном одиночестве…

Безразличный тон мужа возмутил молодую женщину.

– Можно мне спросить, кто же вас так хорошо информировал?

– Кто же это мог быть, как не сам герцог? Он сказал мне, что оказал вам гостеприимство… с полным к вам почтением. Таким образом, мой гнев был несправедлив. Я думал, что вы были у другого, и потому еще раз прошу прощения.

– Однако кто-то видел, как я вошла к этому другому? Не так ли? Кто же сказал вам, что вы были настолько не правы? – нервно возразила Катрин. Гнев ее нарастал с каждой секундой. Она чувствовала себя как никогда униженной, низведенной до уровня предмета роскоши, особенно тем безразличием, с которым Филипп и его казначей заключили между собой сделку.

Гарен рассмеялся и пожал плечами:

– Никто, разве что здравый смысл… и свежие новости. Я сомневаюсь, что пленник ваших чар, сеньор де Монсальви, поступил бы так, как он делает сейчас.

– Что вы хотите сказать? Мне сказали, что он попал в плен во время битвы при Краване. Герцогиня Маргарита зачитала нам список пленников.

– Он действительно попал в плен, но король Карл выкупил его и еще одного сеньора… этого рыжего овернца, который говорит с таким ужасным акцентом. Нет, я говорю о его скорой свадьбе…

– Что?..

Гарен сделал вид, будто не заметил волнения, с которым Катрин выкрикнула это слово. Он взял в руки кусок полосатого атласа светло-оливкового и нежно-лилового цветов, любуясь его оттенками при солнечном освещении. Не глядя на жену, он добавил:

– …с Изабеллой де Северак, дочерью маршала. Говорят, что этот союз был задуман некоторое время тому назад. Похоже, что будущие супруги очень влюблены друг в друга…

Катрин вонзила свои ногти в ладони, чтобы не завыть. Жесточайшая боль пронзила все ее тело. Она сделала отчаянное усилие, чтобы не показать Гарену, какое ужасное страдание причинил он ей всего несколькими словами. Она спросила безучастным голосом:

– От кого вы узнали это? Я не знала, что в Бургундии и в Париже так сильно интересуются событиями при дворе короля Карла.