Катрин. Книги 1-12

По крайней мере у нее будет некоторая передышка, чтобы подумать о себе самой и о своих делах. Пока Филипп, взволнованный плачевным состоянием Катрин, прощался с ней, громко вздыхая и снова плача, она вдруг поняла, что простила Гарена за чудовищную взбучку, которую он ей устроил, поскольку страшная развязка снова отодвигалась… и на неопределенное время. Нет, не этой ночью станет она любовницей Филиппа! Сегодня она могла сохранить свое тело, избитое, но девственное, для человека, которого она любила."

"Однако, простив, она не понимала, почему Гарен чуть не убил ее из-за того, что считал, что эту ночь она провела с другим мужчиной. Он не любил ее и не желал и даже предназначал ее Филиппу. Так что же?

В конце концов Катрин перестала думать об этом. У нее очень болела голова и все тело, и к тому же успокаивающее зелье Сары начинало действовать. Не прошло и пяти минут после ухода Филиппа, которого Эрменгарда проводила до входной двери, как она крепко уснула. Сара вернулась и села у огня. Она пристально смотрела на пламя своими черными глазами, будто пытаясь увидеть нечто невидимое.

Улица была безмолвна. Слышался только удалявшийся стук копыт.

Миссия Жака де Руссе

Из Арраса выехали несколько дней спустя. Катрин еще не поправилась, но она не хотела слишком задерживать Эрменгарду. Кроме того, ей хотелось поскорее вернуться домой и оказаться как можно дальше от этого города, с которым были связаны не самые лучшие ее воспоминания. Благодаря заботам бдительной Сары и графини, а также различным зельям, которыми ее натирали каждый день, раны молодой женщины постепенно заживали. В день отъезда на ней почти не осталось повязок, всего три или четыре: одна на плече, две на бедрах и одна на пояснице. К тому же Сара считала, что свежий воздух ускорит выздоровление. Утром в день отъезда она тепло одела свою хозяйку, потому что, несмотря на весну, стояла прохладная погода. Она надела ей на руки теплые перчатки на мягкой подкладке, пропитанной смягчающей мазью, и, чтобы скрыть синяки на лице, накрыла голову плотной вуалью.

Катрин была еще слаба, поэтому придется ее везти в большом паланкине, запряженном мулами, где можно было бы лежать. Эрменгарда де Шатовиллен, несмотря на свою страсть к верховой езде, должна была составить компанию своей приятельнице. Сара и другие слуги поедут на лошадях. Был предусмотрен также вооруженный эскорт из-за того, что в этих местах было неспокойно. Когда в день отъезда Катрин увидела паланкин и вооруженный эскорт, она не могла не улыбнуться. На паланкине красовался герб герцога, эскортом командовал Жак де Руссе, которого переполняла радость при мыслях о такой приятной миссии.

– Это будет наше второе совместное путешествие, – сказал он, представившись молодой женщине.