Катрин. Книги 1-12

Когда она вышла, Томас исчез, а Жосса еще не было на месте. Готье, невозмутимо скрестивший руки, смотрел, как продолжали бороться с огнем спасатели. Пожар был уже почти усмирен. Она спросила Готье:

— Где Жосс?

— В конюшне. Готовит лошадей. Дон Алонсо вчера вечером отдал приказания на этот счет.

И действительно, бывший бродяга возвращался, ведя за собой трех взнузданных лошадей и мула, тащившего мешки, в которых должны были лежать запасы еды и одежды. Архиепископ подумал обо всем… Катрин набросилась на Готье, когда он хотел помочь ей сесть в седло."

"— Что ты себе вообразил? Что я вот так уеду, как какая-то воровка, даже не узнав, что с нашим гостеприимным хозяином?

— Он не рассердится на вас. И, сказать прямо, вы же здесь не в безопасности. Я узнал, почему вы стали жертвой пожара, — продолжал Готье, но Катрин резко прервала его.

Ее фиолетовый взгляд пламенел от гнева, переходя по очереди с одного мужчины на другого.

Видимо, вы оба сговорились, чтобы диктовать мне, как себя вести, хотя не так уж давно вы познакомились!

— Свояк свояка видит издалека, — ответил Жосс. — Мы понимаем друг друга.

— Во всяком случае, когда речь пойдет о вашей безопасности, — добавил Готье, — мы всегда договоримся. Вы не очень-то осторожны, мадам Катрин…

В словах Готье был легкий упрек. Против воли Катрин отвела взгляд, охваченная сожалением, более острым, чем она могла предположить. Да, он ее упрекал в том, что она создала между ними отношения, которые не должны были бы выходить за рамки мечты. Теперь все изменилось, каково бы ни было их желание оставить все по-прежнему. Поцелуи и любовные ласки оставляют иногда в душе нестерпимые следы, как от раскаленного железа.

«Разве он должен меня упрекать?»— подумала она с горечью.

Потом сказала:

— Что бы там ни было, я не уеду, не попрощавшись с доном Алонсо.

И быстрым шагом направилась к сводчатой двери, которая вела в покои архиепископа. Рабы освободили ее, ибо теперь пожар был погашен. Только несколько черных струек дыма выходило из отверстий и неприятный запах гари висел в утреннем воздухе.

День разгорался очень быстро. Небо окрасилось всеми розовыми оттенками и золотом Авроры, и замок засиял как огромный рубин на розовом жемчуге восхода. В жилых помещениях еще слышались крики. Катрин задумалась на пороге, оставленном часовыми. Как заставить себя понять всех этих людей, языка которых она не знала? Она уж? хотела было пойти назад и позвать Жосса, чтобы он пошел с нею к дону Алонсо, как вдруг высокая черная фигура выросла перед ней. Несмотря на самообладание, молодая женщина отпрянула, охваченная суеверным страхом, он всегда вселялся в нее, когда она оказывалась рядом с Фра Иньясио.

Одноглазый монах посмотрел на нее без удивления, коротко кивнул.