Катрин. Книги 1-12

Мэтр Анеле и трое путников вошли в таверну, а слуги тем временем забрали багаж и отвели лошадей в конюшню. Крупная женщина, красные щеки которой, казалось, вот-вот лопнут, с легким пушком над подвижными губами, золотым крестом на шее, одетая в платье из тонкой бумазеи, склонилась в реверансе перед Катрин.

Анеле представил ее с законной гордостью:

— Моя жена Пернелла! Она — парижанка!

Парижанка, качая бедрами и жеманясь, повела Катрин в глубь зала и открыла маленькую дверь во двор, мощенный каменной плиткой и обсаженный цветами. Деревянная лестница вела со двора на крытую галерею, куда выходили двери комнат. Она прошла в угол и открыла красивую резную дубовую дверь.

— Надеюсь, госпоже будет хорошо здесь. По крайней мере, спокойно.

— Большое спасибо, мадам Пернелла, — ответила молодая женщина. — Как вы заметили, я ношу траур и прежде всего хочу спокойствия.

— Конечно, конечно, — ответила хозяйка. — Я знаю, что это такое… Здесь, рядом, находится церковь Святого Маврикия. Ее викарий — умный и приветливый человек. Стоит сходить на его проповедь или исповедоваться. У него бархатный голос, и для умершей душил.

Мэтр Анеле, оставшийся внизу, хорошо знал свою супругу, поэтому крикнул:

«Эй, жена! Иди сюда и дай отдохнуть почтенной даме!», — прервав тем самым поток слов Пернеллы.

Катрин улыбнулась.

— Направьте ко мне мою компаньонку, мадам Пернелла, и пришлите нам поскорее ужин в комнату! Мы устали и очень голодны.

— Хорошо, сию минуту.

Поклонившись, добрая женщина исчезла. Катрин и Сара остались одни. Цыганка уже осматривала комнату, проверяя мягкость матрацев, задвижки дверей и окон. Окна выходили на улицу, что позволяло наблюдать за всем происходящим там. Мебель была простая, но добротная, сделанная из мореного дуба и обитая кованым железом. Занавески приятного розового цвета создавали уют.

— Здесь нам будет неплохо, — заявила Сара с довольным видом. Но, увидев, что Катрин, стоя перед окном, смотрит вниз отсутствующим взглядом, спросила:

— О чем ты задумалась?

— Я думаю, — вздохнула молодая женщина, — что мне надо скорее кончать со всем этим. Как бы ни было хорошо в этой гостинице, я не хотела бы здесь надолго задерживаться. Мне… мне очень хочется поскорее увидеть моего маленького Мишеля. Не можешь себе представить, как мне его не хватает! Я так давно с ним рассталась!

— Четыре месяца назад, — сказала Сара, подходя к ней. Впервые Катрин так тосковала по своему ребенку. Раньше она о нем никогда не вспоминала, опасаясь, вероятно, расслабиться и пасть духом. Но сегодня слезы навернулись ей на глаза. Сара заметила, что Катрин неспроста смотрит на улицу: там шла молодая женщина с белоголовым ребенком, похожим на Мишеля.