Катрин. Книги 1-12

Солдаты с состраданием смотрели на эту гордую женщину в черном, которая всегда опускала вуаль на свое лицо, когда выходила из дому. По вечерам, сидя у костров, они говорили о мадам де Монсальви, о ее поразительной красоте, скрытой от посторонних глаз вот уже почти год. Среди крестьян ходили фантастические слухи. Поговаривали даже, что отрезав свои чудесные волосы, красавица графиня подурнела и всем своим видом вызывает лишь отвращение. Деревенские жители осеняли себя крестным знамением, когда видели ее на закате солнца в черном траурном одеянии, развевающемся на ветру. Понемногу красивая графиня де Монсальви стала легендой…

— Вы правы, — ответила Катрин с улыбкой. — Я ничего не знаю, потому что меня ничто не волнует, кроме, пожалуй, слова, произнесенного вами, — «отмщение»… хотя и странно слышать его из уст служителя Божьего. И все-таки я плохо понимаю, почему королева хочет помочь в этом деле отверженной.

— Своим призывом королева подчеркнула, что вы больше не отверженная. Находясь рядом с ней, вы будете в безопасности. Что же касается отмщения, то ваши и ее интересы совпадают. Вы не знаете, что дерзость Ла Тремуйля перешла все границы, что прошедшим летом войска испанца Вилла-Андрадо, находящиеся на его содержании, грабили, жгли и опустошали Мэн и Анжу — земли королевы. Пришло время покончить с фаворитом, мадам. Вы поедете? Еще хочу сказать, что мессир Хью Кеннеди отозван королевой и будет сопровождать вас.

Впервые монах увидел, как заблестели глаза Катрин, а щеки порозовели.

— А кто будет охранять Карлат? А мой сын? А графиня?

Брат Этьен повернулся к Изабелле де Монсальви, по-прежнему неподвижно сидевшей в кресле.

— Мадам де Монсальви должна вернуться в аббатство Монсальви, где новый аббат, молодой и решительный, ждет ее. Там они будут в безопасности, ожидая, пока вы вырвете у короля реабилитацию для вашего мужа и освобождение из-под ареста всех его владений. Управление Карлатом будет передано новому наместнику, присланному графом д'Арманьяком. К тому же мессир Кеннеди был здесь временно. Так вы поедете?"

"Катрин посмотрела на свою свекровь, встала перед ней на колени, взяла ее морщинистые руки в свои ладони. Уход Арно сблизил их. Высокомерный прием, оказанный ей когда-то графиней, остался в прошлом, и теперь двух женщин объединяло чувство глубокой привязанности.

— Что мне делать, матушка?

— Подчиниться, дочь моя! Королеве не говорят «нет», и наша семья только выиграет от вашего пребывания при дворе.

— Я знаю. Но мне так тяжело оставлять вас, вас и Мишеля, и быть далеко от… — Она снова посмотрела на окно, но Изабелла ласково повернула ее лицо к себе.

— Вы его слишком любите, чтобы расстояние имело какое-то значение. Езжайте и не беспокойтесь. Я буду ухаживать за Мишелем как нужно.