Катя

Закрытые научные институты проводили первые испытания на животных. К клиническим испытаниям мы не подошли. Я сглупил. Я думал, что могу жить как обычный человек. А именно, встретил женщину. Необыкновенной красоты. Я умел покорять женщин, и она не была исключением. Она оказалась ключом ко мне. Она стала моим уязвимым местом. Разведки разных стран пытались добыть информацию, но я молчал, а больше целиком проект не знал никто. И они подобрались ко мне, убив мою жену и чуть не погубив мою дочь. Сашенька, они не останавливались ни перед чем. Человеческая жизнь не имела для них значения. Сестра Томы сошла с ума. Она не вынесла того, что ее использовали, просто чтобы подобраться к нам с Томой, и что она, как ей казалось, убила сестру и ребенка. Я нашел Любу в Доме малютки и забрал ее домой. Я должен был защитить ее. А это можно было осуществить, лишь закрыв проект. Я так и поступил. Я сорвал ряд испытаний, и проект был признан не удавшимся. Я заменил работу по замедлению старения на создание медикаментов, делающих выносливого солдата. Там все пошло успешно, и я не потерял свое лицо и свой статус. Мне даже клинику продали, так они меня любят. Ну, я отвлекся. Когда я встретил твою мать, я стал по-настоящему счастливым человеком. И я решил, что могу быть просто счастлив с женщиной. Но она не должна зависеть и страдать от моей деятельности. К тому же я был уже стар. Я принял решение не афишировать свою личную жизнь, чтобы, не дай бог, моя Катя не пострадала. Именно поэтому наш брак неофициальный и ты носишь фамилию матери. Вот как-то так. Теперь тебе понятно?

— Да, круто. Но тебе пора жениться официально на матери, я буду Корецким. Хочешь ты того или нет. Я так решил.

— Ну, раз ты так решил! Катя, замуж пойдешь? Тут сын требует!

— Пойду, Саша. Давно ждала этих слов.

— Ну, вот и решили. А теперь ужинать и спать, — с облегчением произнес мой мужчина.

— Нет. Не решили, вернее не все решили, — опять заговорил сын, а мы удивленно смотрели на него.

— Что не решили? — спросила я.

— Папа, у тебя было много синтезированного готового препарата?

Мой мужчина ухмыльнулся.

— Да, можно даже не сомневаться, что это мой сын. Яблоко от яблони, как говорится. Тебя интересует, что я сделал с препаратом?

— Да. Ты не мог бросить исследование, даже если ты его заморозил. Как и на ком ты его опробовал? Кто согласился добровольно принимать неизученный препарат, кто сдавал систематически анализы, ты думаешь, я не понял ответ? Ты думаешь, я не уразумел, почему замороженную работу ты считаешь успешной и почему ты готов отдать ее мне? Если бы ты сомневался в эффективности препарата, ты бы не отдал его любимому сыну.

И тут до меня дошло то, что Сашенька, мой мальчик, понял сразу. Препарат для замедления старения принимал сам Александр Валерьевич.