Карт-Хадашт не должен быть разрушен!

 – Пока тебя казнить не будем, а потом, даже если мы решим оставить тебе жизнь, то жить будешь, но не очень хорошо…»

9. Дела семейныеЧерез день прибыл гонец от нумидийцев. Он доставил приглашение срочно посетить их «главного» в месте, находящемся в двух часах пути от нашего лагеря. На мой вопрос, как он вообще нашел наш лагерь, тот лишь улыбнулся: мол, мы еще не то умеем… Впрочем, на пуническом он говорил из рук вон плохо, а латыни не знал вообще.

Я собирался поехать один, но, к моему удивлению, Хаспар захотел составить мне компанию. Когда гонец вышел из шатра, он объяснил свое решение:

– Все-таки ты не так хорошо разбираешься в наших войнах, брат.

– А если тебя захватят? Или убьют?

– Теперь уже есть люди, которые смогут занять мое место. Тот же Ханно, например, хоть он и ранен. Есть и другие хорошие командиры у каазаким – да хотя бы Химилько. Пока по моему приказу он примет на себя командование, ежели что. А вот тебя заменить некому.

– А у меня нет выбора – мне нужно ехать.

– Ты прав, конечно. Но все равно меня это не радует.

Гонец провел нас окольными путями в небольшую рощицу, к которой примыкал нумидийский лагерь. Со стороны было похоже, что никем она не охраняется, но оказалось, что она прямо-таки кишела нумидийцами. Нас вежливо, но настойчиво попросили спешиться и под охраной отвели в шатер, стоявший в окружении таких же. Оружие у нас, к моему удивлению, не отобрали.

В шатре на земле был расстелен ковер, в середине которого стояли глиняные кувшины и тарелки с разнообразной едой.

– Садитесь, Никола, – поклонился гонец. – И вы, Хаспар. Сейчас к вам придут. – И вышел.

А через несколько секунд вошли Гулусса, Микивса и Мастанабал. Мы обнялись – все-таки это были мой будущий тесть и его братья. Потом, чуть замешкавшись, они все трое обнялись и с Хаспаром.

А затем еще раз откинулся полог, и в шатер вошел… Массинисса.

Я еще подумал, что в нашей истории дед моей невесты умер в январе этого года, а тут он, как видим, не только все еще был жив, но и лично командовал своей армией. Старик раскрыл свои объятия и так меня сжал, что я подумал, что у меня вот-вот треснут ребра. А затем он очень тепло приветствовал и Хаспара.

– Не смог я оставаться в Кыртане, Никола. Тем более что мне все равно хотелось перед смертью увидеть свадьбу любимой внучки. Я и прибыл со своим войском, хотя сыновья просили меня остаться: мол, ты слишком стар. Да я и сегодня поборю любого из них!

– И меня тоже, великий царь, – улыбнулся я.

– Наверное, да, но теперь, когда мы почти родственники, зови меня просто по имени или, например, дедушкой, – улыбнулся тот. – Дела все-таки у нас с тобой семейные. И ты, Хаспар, поверь: я не хотел предавать твоего отца, но сделал это, чтобы спасти мой народ. А теперь я кровью искуплю то предательство.

Хаспар лишь кивнул.