Карт-Хадашт не должен быть разрушен!

А именно о том, где я нахожусь и у кого. Может, все-таки не у Карт-Халоша, чтоб ему пусто было? Дамочка могла быть его женой или даже дочерью. Но на сей раз меня не пытались убить, а всего лишь захватили мою тушку. И никакой бронежилет мне бы не помог.

Еще через час люк вновь открылся, и спустилась та же самая дама.

– Пить хочешь? – спросила она.

Я не ответил, хотя мне, конечно, хотелось этого неимоверно. А она подошла ко мне с другой стороны, подняла подол платья и начала мочиться на мое лицо. Я поплотнее закрыл рот, но она чуть передвинулась, и ее поток попал мне в нос. Я держался, сколько мог, а потом пришлось-таки приоткрыть рот – с понятными последствиями. Скажем так, и вкус, и запах были запредельно мерзкими.

Мегера расхохоталась и на секунду потеряла бдительность, а я каким-то непонятным образом сумел приподнять голову и изо всей силы укусить мою мучительницу за ногу. Она заорала и упала, а я взгромоздился на нее и сумел надавить связанными руками на ее шею. Она какое-то время трепыхалась, потом потеряла сознание.

Я обшарил, как мог, ее тело и обнаружил, что у нее за пояс заткнут нож в ножнах. С огромным трудом я вытащил его зубами и перерезал путы на руках. Веревки на меня не пожалели, и я связал ей уже женщину, отрезал подол у ее платья и связал ей еще и ноги, а затем засунул другой кусок платья в рот. После чего снял с дамы пояс и привязал нож к своему поясу (хотя, конечно, подпоясывать мне было нечего: не напяливать же на себя ее платье, оно бы и не налезло даже близко). И наконец, соорудил себе нечто вроде набедренной повязки из еще одного куска ее платья.

«Ну что ж, – подумал я, – посмотрим, куда это мы попали».

Я поднялся по стремянке и посмотрел наружу – надо мной было подвальное помещение. Я закрыл люк, затем вновь открыл его безо всяких проблем, подумав, что все равно снизу без лестницы до него никак не дотянешься. А еще здесь был столик из необструганных досок, на котором стоял кувшин с прогорклой водой и лежало немного заплесневелого хлеба. Наверное, рано или поздно мне бы все это выдали. Или это осталось от других узников?

Я вымыл рот, затем проглотил хлеб, стараясь не обращать внимания на плесень, и выпил почти всю воду. «Ну что ж, пора побеседовать с прекрасной дамой», – подумал я. Ведь я не знал не только как выбраться отсюда, но и даже куда я попал.

Чуть поразмыслив, я отломил одну из ножек стула и также засунул ее себе за пояс, попутно посадив занозу в бок. «Ну да ладно, вытерплю, – подумал я и спустился вниз по лестнице. – А дома, если я туда доберусь, мне ее, надеюсь, кто-нибудь да выдернет. А палка может понадобиться, если мне еще раз придется бить даму по голове».

Спустился я, держа в руках лампу и кувшин с остатками воды. Садистка все еще была в отключке, и я вылил немного воды ей на лицо.