Карт-Хадашт не должен быть разрушен!

Обычно в таких случаях, если матери нет, эту роль играет родственница – бабушка, старшая сестра, тетя… Но я тоже в какой-то мере твоя родственница. Видишь ли… Именно я была замужем за Химилько, старшим братом Ханно. Тем самым, который пропал где-то в далеких краях."

"Она увидела, что мой взор чуть затуманился, и поспешила добавить:

– Да, именно я не позволила ему жениться на Лаливе, когда та забеременела. Ведь у меня тогда только-только родилась от него дочь, и я хотела, чтобы сначала у нас появился мальчик, дабы мой сын, а не ее, стал наследником моего мужа. А Лалива умерла потом при родах. И да, это был мальчик, вот только он умер вместе с матерью, а тельце его я сама, обливаясь слезами, принесла в жертву на священном холме – там, где хоронят умерших младенцев и маленьких детей.

«Да, – подумал я. – Вот, похоже, откуда та самая легенда про то, что здесь приносили в жертву детей».

– Так что я осталась одна с дочерью, ее звали Мариам, как и меня, до того, как я стала жрицей. Да, твою невесту назвали в ее честь. Дочь я отдала в жены старшему сыну Ханно, которого, как и его дядю и моего мужа, звали Химилько. Но когда ее муж не вернулся из южных земель, она умерла от горя, оставив маленькую дочурку по имени Ашерат. Я ее воспитала, как могла, и она захотела, как и я, стать жрицей Аштарот, и взяла имя Адхерт-Аштарот – «Аштарот велика».

– Ханно-Аштарот, я буду очень благодарен, если ты согласишься быть моей матерью на этой и других свадьбах.

– Согласна! – улыбнулась она. – Кроме, конечно, свадьбы с моей внучкой, тут уж я буду ее мамой, да и сама буду вести церемонию. Найдешь еще кого-нибудь. Например, мать Мариам – она согласится, я уверена.

Она пристально посмотрела на меня и сказала:

– А насчет многоженства… Я согласна, это не так просто. И для мужа, и для жен. Но в твоем случае единственная, на ком ты женишься просто так, вне политики, это Танит – как бы в довесок к Мариам. И то лишь потому, что Мариам и она как сестры с детства. Она сама мне это рассказала. А вот Дамия… Таким образом ты получишь лояльность нумидийцев: даже если Массинисса умрет, его дети не пойдут против мужа дочери или племянницы. То же и про мою внучку: после этого жрецы как Аштарот, так и Эшмуна будут горой за тебя. Уж поверь мне, у нас, у жрецов богов-супругов, именно так.

– Понятно. Ну что ж, надо значит надо.

– Только будь им всем хорошим мужем. И вот еще… Лучше будет, если у каждой будет свое жилище в едином комплексе, а ты будешь кочевать между ними. Так между ними будет намного меньше конфликтов.

«Да, – подумал я, – помню лекцию по многоженству на курсе арабской истории. Именно это нам профессор тогда и говорил: можно было иметь до четырех жен, но каждой нужно было создать достойные условия и личное пространство.