Михаил Карпов

) Почему ваша власть так боится малейшего упоминания о сексе? Не потому ли, что все руководство вашей страны уже старики и им не нужно женщин?

Зал взорвался – зашумели, закричали, захлопали в ладоши, кто-то даже засвистел, но тут же замолк под укоризненными взглядами коллег. А я слегка охренел. Вот это она меня бортанула!"

"– Во-первых, с чего вы взяли, что наши руководители такие уж старые, что им не нужно женщин? Вы что, у них в постели побывали? Проводили испытание? (Зал засмеялся.) И вообще – разве это порядочно, делать выводы без малейшей на то информации, оскорблять людей? Нехорошо. А то, что у нас строгая цензура в отношении секса… так, может, это и к лучшему? Может, если бы в США цензура в этом направлении была построже, тогда бы и нравственность в стране поднялась на более высокий уровень? Впрочем – об этом не мне судить. Для того есть ваша власть, выбранная вашим, американским народом. Замечу только, что в моих книгах много откровенных сцен, и они вполне спокойно прошли государственную цензуру. А что это значит? Это значит, что не такая уж и строгая эта самая цензура! (Врать, так уж с размахом! Нет – ну а что я еще могу сказать?!) Возможно, что я даже слишком злоупотребил описаниями секса в своих книгах, но я руководствовался моим пониманием действительности, ведь секс – неотъемлемая часть нашей жизни, возможно даже – главная. Иначе откуда бы взялись люди, без секса? Выращивать детей в пробирке мы еще не научились! И почковаться – тоже. Так почему мы должны замалчивать эту сторону нашей жизни?! Мои герои – люди. И как все нормальные люди, они живут полноценной жизнью, в том числе и занимаются сексом.

– Следующий! Кто? О! Лайла! Так и вижу, как у тебя горят глаза, – дайте ей скорее микрофон! – Страус указал на женщину лет пятидесяти, элегантную, хорошо одетую. Она улыбнулась тонкими губами и взяла микрофон из рук Маргарет.

– Скажите, господин Карпов… а как вы объясняете успех ваших книг в вашей стране? Ваши книги на самом деле настолько хороши? Или тут еще что-то есть? И еще – как вы относитесь к творчеству Толкиена? И не оказал ли влияние на ваше творчество этот автор?

– Я уже говорил – не знаю, насколько мои книги хороши. Людям нравятся, и это самое главное. Я ведь пишу не для самовыражения, не для того, чтобы получить литературную премию либо чтобы заниматься политикой, пропагандистской деятельностью. Я всего лишь пишу сказки для взрослых. Развлекаю людей. Скрашиваю им серое существование, позволяя окунуться в другой – яркий, интересный, незнакомый мир! Мир, в котором существует магия, мир, где живут драконы и волшебники. Вот в общем-то и все. Да, я популярный автор, мои книги нравятся советскому читателю. Надеюсь, понравятся и вам. Что касается творчества Толкиена… я отношусь к нему с толикой скепсиса.