Михаил Карпов

А вы о каких-то там вымышленных персонажах, живущих в вымышленных странах и мирах! Это ведь неправильно! Вы растрачиваете ваш талант на пустое, меняете его на дензнаки! Вы даже одеты не так, как пристойно для советского писателя, – во все зарубежное, в одежду, которую сделали руки наших потенциальных врагов! Не является ли ваша деятельность, ваше творчество разрушительным, потворствующим буржуазной культуре?

Ах ты ж сучонок… и ведь ничего не предвещало! Ах ты ж гад! Ладно, щас мы с тобой пободаемся! Ты против меня еще щенок! И тут сука эта, Боллитра, меня достала!

Вечное противостояние Большой Литературы и презираемой, гонимой «икспердами» от литературы – фантастики. Я имел печальный опыт общения с представителями этой самой Боллитры. Даже статью написал по поводу того, как презрительно-хамски самоназванные критики относятся к фантастике и фантастам, где упомянул некую Юдофович, ведущую критикессу на одном из либеральных порталов. Прошелся по ее самоуверенности, наглости, по неспособности сделать логические выводы и откровенному вранью. А еще – написал, что для меня, как и для многих, – премия, полученная книгой из рук представителей Боллитры, является антирекламой. Значит, эту книгу читать невозможно. Значит, это наипоследнейшая дрянь.

Они, эти иксперды, вроде как и не заметили меня, но, по эдакому стечению обстоятельств, сразу же после статьи некто из свиты этой Юдофович взял одну из моих книг (если быть точным – «Звереныша») и устроил над ней аутодафе. Мол, отвратительная книга, худшая из худших! Кстати – у меня были гораздо худшие книги – и по стилистике, и по сюжету, но почему-то подручные Юдофович взяли именно «Звереныша», почему – для меня загадка. И понеслось! Боллитра, она такая… мстительная Боллитра. Как и весь либеральный бомонд.

Только вспомнить, за что, за какие тексты дают призы в этой самой Боллитре, чем восхищаются «иксперды» от литературы! Волосы дыбом встают!

«Нищета фистуляла утиными шажками в кожаных поршнях, от ношения которых пятки растаптывались вширь, как неподкованные копыта, а вросшие в дикое мясо ногти толщиной в пятак люди приучались терпеть до последнего, пока хромота не заставляла расщедриться на полушку для мучителя-лекаря, что вырывал ногти в темной каморке на базаре с громким хеканьем малыми копытными щипцами».

А вот еще, хорошо, что память абсолютная! Или наоборот – плохо? Такую дичь теперь помнить всю жизнь!

«Слеза, сочившаяся из-под воспаленных век, попав на конец сигареты, шипела и фыркала, как кошка, получившая щелбан по носу, а трескучая искра, соскочив с сигаретного кончика, норовила впиявиться в штаны и добраться, прожигая в слежавшейся вате тлеющую змеиную дорожку, до интимной глубины и жестоко укусить еще не отмершие вконец тайные уды страдальца».