Михаил Карпов

Нет, не сырой и не маринованный – жареный и вареный лук. Брр… как я его ненавижу! Смешно, да – видавший виды мужик, прошел огни и воды, и ненавидит жареный лук! А вот ненавижу, и все тут. Запах жареного лука нравится, а сам лук… тьфу!

– Еще как быстро! – хихикнул собеседник. – И расскажут, и своего напридумают! Кстати, тут уже говорят, что вы на самом деле секретный шпион, который только прикидывается, что не помнит прошлого. Что вы служили где-то за границей и чудом ушли из застенков ЦРУ.

– Ага… и потому я пятого июня должен быть в Нью-Йорке на презентации своей книги! Вам не кажется, что это как-то не вяжется? – искренне развеселился я. – Если ушел из застенков, так зачем туда вернусь?

– А другие говорят, что вы служили во французском иностранном легионе, тоже будучи засланным разведчиком, и воевали в Африке. Потому у вас и шрам на лице!

– Это я с велосипеда упал… в детстве! – невозмутимо пояснил я, разделываясь с блинчиком, отчего мой голос звучал глухо и был риск забрызгать соседа крошками и слюной (вкусно!). – Рраз! И в забор!

– А если вы не помните прошлого, откуда вы знаете, что на велосипеде и в забор? – хихикнул собеседник, и я ухмыльнулся и покаянно потряс головой:

– Точно! Обмишулился! Нелогично. Тогда так – я пьяный шел из ресторана и… бац! Прямо об трамвай. У трамвая погнул «колбасу», пришлось восстанавливать за свой счет.

– Хе-хе… ох и непростой вы человек, Михаил Семенович! – улыбнулся мужчина. – Очень непростой! Точно, разведчик! Потому вас и засекретили, и не дают рассказывать о прошлом!

– Если я вам расскажу о себе, о своем прошлом – вас сразу расстреляют! – пригнувшись к столу шепнул я, и собеседник снова захихикал:

– Хе-хе-хе… да, с вами интересно общаться! Приходите, а? В двадцать ноль-ноль. Я вам место займу, народу будет – уйма! Я сказал, что попробую вас найти и пригласить. Все и придут – на вас! Пожалуйста, приходите!

– Вы меня знаете, а я вас не знаю. Как мне к вам обращаться?

– Я – Паршин Виктор Семенович! Писатель, пишу для подростков, детей, – представился мужчина. – Звезд с неба не хватаю, но… работаю! Вот, в кои веки дали мне путевку в Дом творчества. Ну я и согласился – в самом деле, а почему бы и нет? Кстати, я вашего издателя знаю – Махрова. Мы с вами в одном издательстве печатаемся. Только не пересекались в его коридорах. Махров очень, очень дельный мужик! И человек хороший. Кстати, о вас очень хорошо говорил, мы с ним общались сразу после Нового года. Говорит – вы великий фантаст, и у вас великое будущее! О как! Великий! А мне никто и не скажет, что я великий…

Паршин пригорюнился, потом снова улыбнулся и махнул рукой:

– Да что это я… тоску нагоняю! Все у меня хорошо – книжки печатают, гонорары получаю.