Михаил Карпов

Хохол дергается и качает тело так, что понять, в какой точке он окажется мгновение спустя понять совершенно невозможно. Это «качание маятника» — старый, испытанный, и верный способ избежать вражеской пули. Вся группа Аносова владеет «качанием маятника» «на-отлично». Старые кадры!

Вот они сблизились, Хохол рыбкой летит вперед, делает кувырок и ногами в подреберье буквально подбрасывает «куклу» в воздух. Таким ударом некогда я победил Мохаммеда Али. И обучил своих парней. Вот почему нельзя противника подпускать на такое расстояние — не успеешь отреагировать.

Пистолет вылетает из руки «куклы», однако нож он не выпускает. Медленно поднимается, глядя на то, как Хохол с видом деревенского паренька, нашедшего три рубля поднимает с пола «макаров».

— Что, без волыны кишка тонка? — ревет «кукла», перебрасывая нож из руки в руку — Давай, ментяра! Один на один! Что, зассал?!

— Не ментяра я! — пожимает плечами Хохол, и прямо от пояса стреляет в лицо противнику. Заряд ослабленный, но пуля настоящая. На пяти метрах она зайдет под кожу, даже ребро сломает.

Череп пробила, но застряла в толстой лобной кости. Удар пули опрокинул «куклу» на спину, он на какое-то время потерял сознание и лежал, заливаясь кровью из рассеченной на лбу кожи. Раны на голове всегда сильно кровоточат, но как ни странно, они только выглядят очень страшными, стоит остановить кровь, оказывается — кровоточит только скальп. Главное, чтобы череп был цел.

Ножа бандит не выронил, так и лежал, раскинув руки, в правой — финка. Хохол взял финку за клинок, осторожно вывернул нож из захвата противника, наклонился, и аккуратно, без затей, вогнал финку в грудь «кукле». Тот в этот момент очнулся, открыл глаза, дернулся, выгибаясь и суча ногами, и тут же обмяк, затих. Хохол взял покойника за руки и поволок его труп в сторону, туда, где был расстелен брезент. Так ему приказал Аносов. И это тоже своеобразная проверка и тренировка — пусть привыкают к мертвецам. Кстати, тащил Хохол покойника легко, будто всамделишнюю куклу. Силен!

Затем выдернул нож из груди «куклы», вытер его об одежду мертвеца, и пошел на выход, все такой же спокойный и расслабленный, как до начала поединка.

— Зацепил тебя? — спросил Самурай, оглядывая Хохла со всех сторон.

— Нет — улыбнулся тот и положил оружие на столик.

— Можешь быть свободен. Зачет! — кивнул Самурай, и обращаясь ко мне, спросил — Разрешите следующего?

— Давай — кивнул я, и Самурай пошел на выход из тира вместе с Хохлом. Когда они вышли и закрыли за собой дверь, Аносов помотал головой:

— Ну и зверюг же мы воспитали! Видал? Он даже не поморщился. Я когда своего первого убил, и то он мне снился. А этот даже в лице не изменился."

"— Может и будет сниться — равнодушно пожал я плечами — А воспитали тех, кого нам и нужно.