Караван

 — О, та самая?

— Позовите главного! — она чуть покраснела, но говорила твердо и даже нахально.

— Я глава охраны. Тебе этого будет достаточно?

— Нет. Мне нужен главный торговец.

Добряк подал знак, и один из охранников направился к фургону. Вскоре оттуда вышел Джин Фу, улыбаясь и поглаживая бритую макушку:

— О, какая честь для нас. Юэ Сюэ, если я не ошибаюсь? — Джин Фу поприветствовал ее вежливо и тепло, как добрый дядюшка, поэтому беглянка приободрилась и сказала:

— Довезите меня до города! Я вам заплачу.

Джин Фу мягко улыбнулся:

— Это торговый караван, мы не берем попутчиков.

— Я вам хорошо заплачу, — девушка начала разворачивать сверток, чтобы показать его содержимое, но Джин Фу ответил:

— Меня не интересует ваша плата. Мы не берем попутчиков.

— Тогда… тогда возьмите меня в качестве служанки, — Юэ Сюэ явно испугалась, но еще держала себя в руках. — Я могу заваривать чай, стирать одежду, ухаживать за вилорогами…

— Не интересует, — Джин Фу по-прежнему тепло улыбался девушке. — Я прекрасно умею обходиться без слуг.

— Но вы ведь добрый человек. Возьмите меня с собой, вы ведь знаете, почему я сбежала!

— Я знаю, что ты ушла из дома, пренебрегла волей отца и обрекла свою семью на смерть. Как я могу рисковать целым караваном ради малолетней взбалмошной девки? — голос Джин Фу похолодел так, что по моей спине пробежали мурашки. Как же чувствовала себя Юэ Сюэ перед столькими мужскими взглядами, выставленная на всеобщее осуждение?

— Я не хотела умирать! Разве вы не можете меня понять? — выкрикнула Сюэ. — Я так мало пожила на этом свете. Прошу, возьмите меня тогда как рабыню. Я буду выполнять любые ваши пожелания.

— Взгляни на этих людей, — резко сказал торговец. — Кого-то я знаю уже несколько лет, кого-то нанял всего неделю назад, но каждый из них отдаст жизнь, чтобы защитить меня и мой груз. Потому что это ответственные люди, и они знают свой долг. Ты же бросила отца и мать, родивших тебя и растивших все эти годы, забыла про братьев и сестер, про дедушек и бабушек. Так почему я должен тебе верить? Я — посторонний человек, благодарность тебе явно не свойственна, так зачем мне брать на себя такие проблемы?

— Я… я… — губы у девушки задрожали. — Я поклянусь вам в вечной верности.

— Даже если так, чем ты можешь быть мне полезна?

— Господин, мне пятнадцать лет, — теперь Сюэ казалась не такой гордой, как в начале, по ее щекам текли слезы. — Меня еще ни разу не касалась мужская рука, и я…

— Девочка, мне уже почти пятьдесят лет, и твои неумелые заигрывания никак не помогут. Да что там, даже самого юного охранника в караване ты не смогла соблазнить.

Она уже откровенно рыдала, не пытаясь вытереть лицо. Сюэ больше не казалась симпатичной и вызывала во мне лишь жалость, но я не смел вмешиваться.