Вечный капитан

Со всего нашего лагеря к ним сбежались воины, чтобы посмотреть на врага. Оценили довольно пренебрежительно.

– Еще плюгавее, чем половцы! – насмешливо высказал общее мнение сотник Будиша.

– Как же они, такие плюгавые, победили вдвое большее количество половцев?! – задал я вопрос.

– Половцы – те еще вояки! – отмахнулся сотник.

– Это верно, – согласился я, – но не говорит о том, что татары – такие же плохие воины. Они уже полмира захватили. В одной только покоренной ими империи, откуда привозят шелк, народа больше, чем во всех русских княжествах и латинских королевствах вместе взятых.

Мои слова вроде бы немного отрезвили дружинников. По крайней мере, отзываться о татарах с пренебрежением перестали.

– Конным надеть доспехи, взять всё оружие и еды на три дня, поедут со мной, – приказал я сотнику Мончуку. – Ты останешься за командира. Никому из лагеря не выходить. Будь готов к нападению половцев. Сунутся – не церемонься с ними. Если поскачут за мной, не мешай. Твое дело – защитить лагерь и сберечь людей до моего возвращения.

Серьезность, с которой я произнес это, подействовала на всех дружинников, которые слышали мой приказ. Они прекратили обсуждать монгольских послов, разошлись к своим кибиткам за доспехами и оружием. Уже поняли, что я веду какую-то свою игру. Ключевые слова в этой игре – сберечь людей, то есть дружину. Остальное – не их ума дело.

Монгольских послов препроводили в Детинец и там оставили ждать во дворе неподалеку от крыльца терема зарубского воеводы, в котором сейчас жили Великие князья. Бродник слез с коня, а послы остались в седлах. Были они для меня на одно лицо. Поскольку и возраста примерно одинакового, отличить одного от другого я смог бы только, пока они сидят на лошадях. По мастям лошадей. Никто послов не встретил, не оказал никаких почестей. Так, забрели какие-то чужие пацаны на наш двор, будет время, разберемся с ними.

Я оставил свой отряд позади послов, приказав дружинникам:

– Далеко не отходите. Может, придется быстро уезжать. Если кто нападет на послов, попытайтесь защитить их.

– Как скажешь, князь, – ответили они дружно, но без энтузиазма.

Значит, далеко не отойдут, но за послов не подпишутся.

Я подъехал к самому крыльцу, спешился, отдал коня Савке, который следовал за мной на моем запасном аланском иноходце. Арабских лошадей в поход не взял: драпать, бросив дружину, не собирался. К седлу моего коня были приторочена бригандина, шлем, арбалет, булава и сумка с продуктами. Мое копье вез Савка. С гордостью. Наверное, чувствует себя отважным воином. По крайней мере, на своих ровесников, которые попадались нам на улицах города, смотрел, как на что-то ничтожное, недостойное его внимания.

– От крыльца далеко не отходи, что бы ни случилось, – приказал Савке.