Вечный капитан

Черная шапка в виде перевернутого горшка, натянутая до ушей, скрывала волосы. Затылок выбрит по старой готской моде. Одет таможенник был в синюю шелковую рубаху и кафтан без рукавов из золотистый плотной ткани, кажется, шелковой, который в Англии называли блио, на Руси величают ферязью, а здесь – туникой. Штаны до колен, темно-синие, заправлены в высокие сапоги, вышитые золотом до подошв. Таможенники во все времена и во всех странах живут хорошо, но не долго.

– Какой груз? – поинтересовался он.

– Никакой, – ответил я. – Перегрузим на ладью и повезем на Русь. Здесь продам только неф.

– Значит, неф и есть груз, – решил таможенник. – Заплатишь десятину с продажи.

– Хорошо, – согласился я на аланском языке.

Таможенник удивленно гмыкнул то ли потому, что ждал возражений по поводу высокого сбора, то ли поразился моему знанию аланского. Он посмотрел на меня более человечно, что ли, и спросил:

– Покупатель уже есть?

– Не знаю, – ответил я и кивнул на венецианского купца: – Бывший хозяин, венецианец, хочет выкупить, но не уверен, что сможет занять столько денег. У него есть два дня, пока мы перегрузим товары на ладью.

Пиратство в Византии каралось строго, но на венецианцев теперь законы не распространялись.

– Если не найдет, скажешь мне. Одному нашему купцу как раз такое судно надо, – предложил алан.

– Хорошо, – повторил я на аланском.

– Откуда знаешь наш язык? – спросил таможенник на том же языке.

– В моем отряде на службе у Ласкаря было много аланов, – сочинил я."

"– Племянник мой сейчас служит у него, – сообщил таможенник. Он собирался еще что-то рассказать, но заметил заходящее в бухту судно и откланялся, разрешив на прощанье: – Можешь стать к причалу, все равно сейчас судов мало.

Я ошвартовал неф к причалу, а лагом к нему – ладью. Кнехты на причале теперь все были каменные. Матросы сперва выгрузили из твиндека лошадей. Двадцать один боевой конь, семь верховых лошадей, по словам Алике, иноходцы, и ее кобыла белой масти. Не сказать, что лошади очень хорошие, но и плохими не назовешь. Ладно, захваченному коню зубы не смотрят.

За кусок хлеба с сыром чумазый пацаненок, который болтался на причале, проводил нас за город. По пути проехали мимо того места, где стоял мой дом. Вместо него и соседнего построили длинный четырехэтажный. За городом тоже почти ничего не изменилось, хотя бывшую свою виллу я найти не смог. Сразу стало грустно. Не возвращайся туда, где был счастлив…

Пацаненок привел нас к хозяину большого постоялого двора. Он напоминал тот, которым владел Келогост. В этом хозяйничал пожилой гот. Он, на ходу вытирая левой ладонью рот, спустился со второго этажа, когда я один въехал во двор. Седые волосы были коротко подстрижены «под горшок», затылок, щеки и подбородок выбриты.