Вечный капитан

Зараза перекинулась и на Средиземноморский флот. Капитан пакетбота, передавая почту на корабли флота, застал повешенье сразу восьми бунтовщиков по приказу адмирала Джона Джервиса.

— На моем корабле никаких волнений не может быть в принципе, — твердо заявил я, глядя в глаза адмирала, не мигая.

— Почему? — более спокойным голосом спросил он.

— Потому что на «Хорошем гражданине» матросы служат только добровольно, а солдаты считают за честь попасть на него, — ответил я.

Адмирал гмыкнул и отошел от меня медленнее и расслабленнее, чем раньше. Он остановился у бортового окна, схватив за спиной левую руку правой. Несколько раз встал на носки и опустился на полную стопу, а потом развернулся ко мне лицом.

— Значит, служить на других кораблях они не считают за честь?! — поинтересовался он, растянув узкие губы в крокодильей ухмылке.

— Не могу знать, что считают матросы и солдаты на других кораблях. Отвечаю только за свой, — сказал я. — На моем корвете экипаж, кроме жалованья, получает большие призовые, хорошо питается и твердо знает, что за малейшее неповиновение или нарушение дисциплины будет не только наказан, но и переведен на другой корабль. Я найду замену любому в любом порту.

Джон Джервис еще раз гмыкнул и произнес шутливо:

— Хорошим питанием я бы еще смог обеспечить, но где найти на всех большие призовые?! Трусливые испанцы не собираются выходить из портов и драться с нами, а снять блокаду нельзя, иначе соединятся с французами.

— Может, лучше выпустить испанцев? Соединившись, осмелеют, и мы их снова разобьем, — подсказал я.

— Мне нравится твоя вера в нашу непобедимость! — весело воскликнул он. — Ладно, возвращайся на свой корабль и продолжай нести службу здесь. В Средиземное море пошлю кого-нибудь другого, чтобы больше матросов получило призовые. — Уже в спину мне, он добавил: — И учти, перемещение нижних чинов между кораблями запрещено. Я приказал стрелять на поражение, если кто-нибудь нарушит этот приказ.

73

Началось нудное и неприбыльное крейсирование. Моему корвету выделили район на севере Кадисского залива, где шансы захватить приз были минимальны. Лучшим считался южный район возле пролива Гибралтар, где было и больше всего шансов нарваться на большой вражеский корабль.

Пятнадцатого июля от нашего флота отделилась эскадра из четырех линейных кораблей и трех фрегатов под командованием контр-адмирала Нельсона. По нашему флоту давно уже ходил слух, что вот-вот в Кадис должен попробовать прорваться испанский караван из Вест-Индии, нагруженный золотом, серебром, изумрудами и другими ценными колониальными товарами. Англичане считали испанцев не только трусами, но и дебилами, которые, зная с февраля месяца о блокаде всего Кадисского залива, направят сюда такой ценный караван.