Вечный капитан

Что я мог ей сказать? Правду? Чтобы узнала, что она – жена самозванца? За что ей такой груз?! Я смотрел на ее красивое личико, на котором появились морщинки, и вспоминал, как мы встретились. Двадцать один год прожили вместе. Для той эпохи – большой срок. Иногда были моменты, когда я видеть ее не мог, но чаще мне ее не хватало. Первое время не будет хватать и в будущем. Пока не найду замену.

– Может, не надо тебе плыть? – спросила она в ночь перед отъездом.

– От судьбы не убежишь, – ответил я и занялся с ней любовью в последний раз с той горячностью, какая была в первый.

46

Мы успели по полной воде добраться до Хортицы. Я уже настолько хорошо знал Днепровские пороги, что мог бы работать лоцманом. Если в следующей жизни не заладится на море, вернусь сюда. Староста, демонстрируя в льстивой улыбке уже единственный коричневый зуб, поприветствовал меня, как своего сеньора. Они теперь платит оброк мне. Привозят осенью, в конце навигации. Особой нужды в их деньгах не имел, но и отказываться было бы глупо.

Пока мои люди разгружали ладью, староста пожаловался мне:

– Разбойники появились в наших краях. Отару овец угнали. Боюсь, как бы не начали на купцов нападать, когда вода спадет и по берегу начнут перевозить грузы.

– Много их? – спросил я.

– Сотня или больше, – ответил он.

– Половцы? – высказал я догадку.

– И половцы, и русичи. Всякий сброд. Их сейчас много по степи шляется, – рассказал староста.

– А вас сколько? – поинтересовался я.

– Поменьше будет, даже если всех собрать, – ответил староста.

– То есть, сами не справиться?! – сделал я вывод.

– Кто знает?! – развел он руками. – Пока в открытую на нас не нападали. Как случится такое, сразу и выяснится. Только тогда уже поздно будет.

– Далеко они отсюда? – спросил я.

– День пути, если не ушли на другое место, – сообщил староста.

– Следите за ними? – задал я вопрос.

– Присматриваем, – ответил он. – Вдруг им опять вздумается овец наших угнать?!

– Вздумается-вздумается, – напророчил я. – Надо было заранее сообщить. Я бы сюда с дружиной пришел и перебил их. А сейчас со мной всего три десятка человек.

В этот поход я взял меньше людей, чем обычно, и тех, кого раньше не брал, поскольку не внушали доверия. Я не знаю, что случается с судном, после того, как окажусь в море. Я его больше не увижу. Надеюсь, оно не пойдет ко дну. Но всякое может быть. Поэтому заместителем взял Афанасия. Того самого, что спасся и от монголов, и от половцев. Суля по всему, парень он везучий. Может, и на этот раз повезет. Он уже бывал со мной в морском походе, если что, сумеет довести шхуну до Хортицы, а потом сжечь ее и доплыть на ладье до Путивля. Решил не оставлять здесь свое судно. Заберут все ценное, а остальное будет прощальным костром. Топить шхуну запретил.