Вечный капитан

Он вывел на своем инструменте мелодия из моего детства, которой в пионерских лагерях сзывали в столовую и которая по мнению пионеров звучала как «Бери ложку, бери чай и в уборную качай». В атаку водил под сигнал побудки «Вставай, вставай, штанишки надевай». А то раньше в атаку призывали одним протяжным гулом, а отступать – двумя. Причем сигналы были одинаковы у всех. Вражеский можно было принять за свой. Теперь мои воины знали, что обращаются именно к ним.

Я хлынцой поскакал в обратную сторону. Мои дружинники последовали за мной, добивая раненых и тех, кто притворялись убитыми. Поле было устелено трупами. Перебили мы тысячи две. Хотя я запретил собирать трофеи, некоторые дружинник останавливались и забирали дорогое оружие или броню. Я делал вид, что не замечаю. Нападать на нас пока никто не собирался. Я переоценил смелость галичан и киевлян.

Меня догнали сыновья. У младшего лицо было в крови. Он постоянно поправлял шлем, сползающий на горящие от счастья глаза, и самодовольно улыбался.

– Откуда кровь на лице? Тебя ранили? – спросил я.

– Нет, – ответил Андрей. – Ванька сказал, что надо попробовать на вкус кровь первого убитого врага. – Он попробовал вытереть лицо рукой в кольчужной перчатке. – Наверное, запачкался.

– Ну, и как тебе кровь? – спросил я.

– Соленая, вкусная, – радостно ответил младший сын.

Видимо, из него получится хороший полководец и плохой управленец. Первое в эту эпоху важнее.

Дорогу к Черномогильским воротам была перекрыта двумя рогатками. Я дал знак дружинникам, и они очистили проезд. Я проскакал почти до рва, широкого, метров семь, через который не было моста. На башне стояли черниговцы, среди которых разглядел тысяцкого Вышату Глебовича.

– Что ждешь?! Нападайте на врага с другой стороны, уничтожайте осадные орудия! – крикнул ему.

– Князь сам поведет дружину, – сообщил тысяцкий Вышата. – Мне приказал здесь быть, помочь тебе, если что.

Значит, князь Черниговский не верил в мой план. Хотел я сказать, что мы и без сопливых управились, но решил не напрягать отношения. Они тут сами себе не верят. Худшего наказания не придумаешь.

– Пошли людей, пусть трофеи соберут, – предложил я и шутливо добавил: – Потом половину нам отдадите.

– Это само собой, – серьезно заверил Вышата Глебович.

Ворота они открывать не стали, спустили на веревках людей и доски, которые перебросили через ров. Правда, много собрать не успели, потому что с севера к нам начал приближаться большой отряд пехоты, тысячи три, и пара сотен всадников, скакавших на правом, дальнем от города, фланге. Они шли медленно, ожидая нападения. У страха глаза велики. Наверное, удравшие рассказали, что нас целая армия. Минут через пятнадцать появился второй отряд, немного меньше. Эти шли быстрее, догоняли первый.