Вечный капитан

После Пасхи болгарский царь должен был прибыть с дочерью в столицу Латинской империи.

– Сопроводишь меня до Константинополя, отгуляем свадьбу, после чего щедро награжу и отпущу домой, – пообещал мне Иван Асень.

Но, как любил повторять сам болгарский царь, человек предполагает, а бог располагает. Точнее, коррективы внес Феодор Ангел Комнин Дука, Эпирский деспот. Узнав, что Константинополь достанется Ивану Асеню, деспот наплевал на союзнический договор и северо-западнее Адрианополя переправился с войском через реку Марицу, по которой в то время проходила граница.

Утром шестого марта я по просьбе Ивана Асеня проводил совместные учения своей дружины и болгарского отряда на лугу возле города. Ничто так не сплачивает войско, как ненависть к командиру во время тупой муштры. Отряд болгарских пехотинцев, построенный в четыре шеренги, вдруг перестал наступать. Солдаты замерли и уставились на всадника, который скакал по дороге к столице с севера. За спиной у него был прикреплен дротик с красным треугольным флажком.

– Война, – коротко сказал мне командир болгарского отряда.

Когда я добрался до царского дворца, в кабинете Ивана Асеня прислуга наводила порядок, собирая черепки и осколки разбитой посуды. В помещении было темновато, потому что валялся на полу и погнутый бронзовый подсвечник. Судя по сломанному краю столешницы, об нее и молотил царь подсвечником. Иногда Иван Асень бывал чрезмерно эмоциональным. Это присуще истово верующим, поскольку любая религия базируется на избытке чувств, а не разума. Сам царь сидел в темном углу на стуле, ссутулившийся и насупленный, напоминая сыча в дупле.

Поскольку с севера мог напасть только Феодор Ангел, деспот Эпира, я сказал:

– Я тебе предупреждал, что у ромеев нет союзников.

– Он клялся на Библии и целовал крест! – издав звук, похожий на всхлип, воскликнул Иван Асень.

– Если бы надо было для дела, он бы тебя и в зад поцеловал, – сказал я.

– Бог его накажет за это! – распрямляя спину, пророческим тоном пригрозил царь Иван.

– На счет бога не знаю, но нам не мешало бы его наказать, – молвил я.

– Мы и станем орудием божьим! – произнес, как клятву, Иван Асень и встал со стула. – Мы дадим ему достойный отпор!

– Большое у него войско? – спросил я.

– Точно сообщит следующий гонец. Предположительно, тысяч пять-семь, может, больше, – ответил царь Болгарии. – Я сейчас разошлю гонцов, созову ополчение…

– Пока оно соберется, враг уже будет под стенами Тырново, – перебил я. – Сколько им идти сюда?

– Дней пять-шесть, – ответил он. – Они вроде бы стоят на месте. Наверное, ждут подкрепления. Мое ополчение успеет собраться. Здесь и дадим бой.

– Именно этого Феодор от тебя и ждет. Наверное, придумал уже, как разобьет твое меньшее войско, – попророчествовал и я.