Канонир

Пусть их всех рыбы сожрут, мерзавцев!

Из всей команды на судне остались только мы втроём — я, Фрол и кормчий. Такого в своей жизни я ещё не видел. Не проснись я вовремя — никто бы не уцелел, а разбойникам достался бы корабль вместе с грузом и деньгами.

Осмотревшись, мы решили до утра ничего не делать, а по–светлу определиться. Спать мы уже не ложились — да, собственно, до рассвета и оставалось часа два.

Я ходил по палубе, собирал оружие. Фрол с кормчим складывали у борта трупы членов нашей команды.

Как только встало солнце, мы в полной мере смогли увидеть масштабы побоища. Зрелище — не для слабонервных. Вся палуба была залита кровью, даже низ парусов забрызган.

Фрол с кормчим принялись переносить трупы на берег. Я же взялся отмывать палубу от крови. Непростое это дело — кровь уже запеклась и смывалась плохо. Я вылил не один десяток вёдер воды, пока удалось привести палубу в относительный порядок.

За это время Фрол с кормчим вырыли большую братскую могилу. Кормчий достал из трюма старый парус, что лежал там на всякий случай, мы его порезали на большие куски, обернули каждое тело и уложили в могилу. Фрол прочёл короткую молитву, и мы скорбно взялись за лопаты.

Вскоре могила была зарыта. Я сходил с топором в лес, срубил деревце, сколотил крест и воткнул его в рыхлую землю могилы. Фрол развёл костёр, сварил кулеш с мясом, кормчий принёс с судна небольшой бочонок вина, и мы помянули погибших.

Солнце уже стояло в зените, а мы всё ещё сидели у догоравшего костра, подавленные. Настроение было — хуже некуда.

— Что делать будем? — подал, наконец, голос Фрол.

Я пожал плечами — мне было всё равно.

— Думаю, в Муром вертаться надо, — высказал своё мнение кормчий. — Груз раздадим семьям купцов, обскажем, где могилка.

— А ты знаешь, у кого какой груз был? — задал резонный вопрос Фрол.

Повисла тягостная тишина.

— Вот что, — сказал я. — Нам до Москвы ближе, чем до Мурома. Давайте двигать в Москву. Сдадим товар оптом тамошним купцам, вернёмся в Муром и всё поделим поровну между семьями купцов.

— И из выручки наш заработок удержать надо, — внёс предложение кормчий.

— Принимается, — подытожил Фрол. — Только вот в чём заковыка — как мы с судном управимся, когда нас только трое осталось?

Кормчий ответил почти сразу:

— Я за рулевым веслом буду — реку знаю, как свою комнату. Поставим малый парус. С ним ход, конечно, невелик, зато вам двоим управиться можно будет, сил хватит.

На том и порешили. В итоге вместо недели мы добирались до Москвы пятнадцать дней. Когда ветер стихал, стояли у берега. Грести вдвоём было бы безумием — всё‑таки ушкуй не лодка. Но тем не менее пришёл тот день, когда мы добрались до столицы и ошвартовались у причала на Москве–реке.