Дела Тайной канцелярии

– Ничего, донесем, – вполне добродушно заметил он и приказал чертовке: – Помоги мне снять эту дрянь. – Звякнули кандалы."

"Чертовка, перепрыгнув через стол, оказалась за спиной сидящего на стуле хозяина.

«Почему она не принимает человеческую форму», – мелькнула мысль, но додумывать времени не было. Вот он, единственный шанс на спасение. Возможность сбежать и не выпустить поганую тварь на волю!

Вертемягин не просто так упал на бок. Теперь его рука лежала прямо на кобуре, что надежно скрывалась под пиджаком. Одно движение, и хороший семизарядный наган оказался в руке. Подняв лишь кисть, Вертемягин вдавил спусковой крючок.

И в то же мгновение, услышав щелчок, зверюга завалила хозяина вместе со стулом на пол.

Этот маневр вызвал у Вертемягина внутреннее ликование, потому что не в лохматую башку Дивногорского он целился, а в стоящую на столе керосиновую лампу. Пуля врезалась в корпус, прозвучал глухой хлопок, и огромный столб пламени взвился до потолка. Осколки стекла разлетелись по комнате, один из них больно впился в щеку. Ничего, Владимир еще не пришел в себя, а если и пришел, то так даже лучше. Пусть тащит в крепость свою ленивую задницу. Тем временем знаки остановят кровь.

На столе заполыхали бумаги, и черный едкий дым заволок допросную в мгновение ока. И тогда Вертемягин вскочил, зажал нос и рот и бросился к дверному проему. Пока чертовка будет вызволять своего хозяина, колдун успеет добежать до выхода.

Лишь когда караульный задвинул за его спиной засов ведущей в бастион двери и щелкнул ключом, активируя защитное заклинание, Вертемягин выдохнул с облегчением.

По двору уже бежал из своей будки дежурный колдун.

Оглядев Вертемягина с ног до головы, он всплеснул руками.

– Что стряслось, Борис Сергеевич? Неужто анархист снова на вас напал? Он же в кандалах!

И в голосе прохиндея послышалось тщательно скрываемое ехидство.

Жгучая ярость захлестнула Вертемягина. Ох и напишет он куда следует бумажку о том, как охрана тюрьмы прошляпила черта.

– Поднимайте тревогу, – прошипел он сквозь зубы.

– Тревогу, – нахмурился было колдун, но тут же его глаза округлились. Вертемягин оглянулся – из окна допросной валил черный дым.

– Там что, пожар?!

– Да, там пожар, – не в силах больше сдерживаться, рявкнул Вертемягин, – а знаете почему? Да потому что девица, которую вы пропустили, – чертовка! И она заперта там! А где ваш черт, не изволите ли сказать?

Глаза колдуна стали еще больше.

– Помилуйте, Борис Сергеевич, шутить изволите? Девица эта минут десять как мимо меня на выход прошла, так что внутри она быть никак не может. А черт мой на обходе, не чаи же ему распивать.

В этот момент по дверям глухо забарабанили изнутри.

Дежурный колдун повернулся к караульному:

– Отопри дверь. А я объявлю тревогу.