Дела Тайной канцелярии

Не теряя времени, Наталья стянула с себя теплые чулки Милы, надетые поверх ее собственных, свернула и аккуратно засунула в карманы лифа. Теперь никто не заметит, что ее грудь изменилась. Убедившись, что все легло ровно, она потыкала пальцем в умывальник, набрала в руки воды, поплескала на лицо и вышла.

А Лев Николаевич, забившись в темный угол за ведром с помоями, стал ждать.

Наконец он услышал знакомые шаги, и шерсть на загривке встала дыбом. Колдун Дивногорский! Это он!"

"Хозяина провели совсем рядом, Лев Николаевич втянул носом его запах, пробивающийся даже сквозь вонь нечистот. И еле сдержался, чтобы не выскочить наружу. Нет, еще рано. В заложники следует брать колдуна, а не никому не известного и не нужного конвоира. И надо дать возможность товарищу Наталье уйти. Все же она – обычная девушка и может пострадать во время битвы колдунов. А битва точно состоится: Вертемягин – сильный и опытный колдун, он будет сопротивляться. И теперь он знает особенности оружия хозяина. Кроме того, судя по запаху железа, пороха и оружейной смазки, у колдуна с собой пистолет. Для Льва Николаевича эти человеческие игрушки серьезной опасности не представляли, но ухо надо держать востро. Ждать и действовать по плану.

Хозяина завели в допросную, и звуки в коридоре стихли. Кот выбрался из своего укрытия и приник к двери, намереваясь в случае опасности немедленно шмыгнуть обратно. Но долго ждать не пришлось, вскоре Лев Николаевич снова услышал девушку:

– Ах нет, прошу вас! Он так смотрит! Так страшно смотрит! Он запомнил меня!

И тут же – раздраженные слова колдуна:

– Да что же ты, ей-богу? Я же обещал, что никто тебя не тронет. Ты ведь узнала его? Нужно просто подписать бумаги.

– Я подпишу, ваше благородие, все подпишу. – Голос товарища Натальи звучал так испуганно, что даже Лев Николаевич поверил бы, что девушка пребывает в настоящем ужасе, если бы не знал, что это игра.

– Умоляю, не оставляйте меня… с этим чудовищем!

– Черт с тобой, – бросил колдун. На мгновение повисла тишина, а потом послышалось шуршание бумаг. – Вот, подпиши тут и тут. Я сам потом заполню, что нужно. И не вздумай на суде на попятную пойти, поняла? А то тебе твои анархисты агнцами божьими покажутся.

– К-конечно, ваше благородие, – сбивчиво пробормотала Наталья. Скрипнуло перо. – Ах, как же страшно…

– Проводи дамочку к выходу, – распорядился колдун, обращаясь к конвойному.

И товарищ Наталья, сопровождаемая конвоиром, вышла наружу.

Настало время действовать!

Лев Николаевич лапой приоткрыл дверь клозета, проводил уходящую по коридору девушку взглядом и, увеличившись в размере, скачками помчался к допросной. Навалившись на дверь комнаты, он с легкостью вышиб ее.