Камуфлет

"

"— Благодарю… — Антонина оторвала взгляд от скатерти. — Как мне теперь жить?

— У вас затруднения с деньгами?

— Мы же с братом богатые наследники, — барышня Берс горестно усмехнулась. — Думаю, что мне теперь делать? Видимо, уеду во Францию к Антону… Ой, ему ведь надо немедленно отправить телеграмму? Как же он успеет на похороны…

— В первую очередь надо позаботиться о безопасности, — Родион Георгиевич позволил себе сесть без приглашения. — Люди, убивфие дядю, наверняка имеют виды на вас. Хотите, приставлю вам сотрудника? Да хоть Джуранского!

— Благодарю, как-нибудь сама… Выпить не желаете?

Трудно было пить за помин души господина Берса. Прямо-таки в горло не лезло. Пришлось отказаться под предлогом позднего времени.

— Понимаю, как вам сейчас тяжело, — продолжил гость. — И все же позвольте несколько вопросов?

Антонина равнодушно согласилась.

— Стать содалом вафему брату предложил сам князь Одоленский?

— Я уже говорила, что…

— Или предложение передал Петр Ленский?

— Князь заехал к нам на дачу в четверг около четырех. Они разговаривали на веранде. Я была рядом в комнате и все слышала.

— А Петр присутствовал при этом? Приехал с Одоленским?

— Нет, он попрощался накануне, в среду. Я рассказывала…

— Ах, да! — Ванзаров растерянно покачал головой. — Конечно, он попрофался с вами в среду. Совсем уже забегался… Кстати, пифущую мафинку Николай Карлович держал на даче?

Барышня кивнула и поправила сползшие очки:

— Все время что-то стукал! Говорил, что хочет написать захватывающий уголовный роман, единственный в своем роде. Тоже мне, литератор!

— У нас в Департаменте говорили, Николай Карлович владеет удивительным даром: гипнотическим убеждением. Дескать, мог так голову задурить, что человек начинал верить в то, чего не было.

— Глупейшая сплетня! Он и в лавке не мог приказчика уговорить…

— Дядя умел обрафаться со взрывчатыми вефествами?

— Кто? Берс? — изумилась Антонина Ильинична. — Да он к ружью не знал, с какого конца подойти. Пентюх был изрядный.

Как-то странно убивалась горем любимая племянница. И, кажется, не особо это скрывала. Что оставалось? Спросить впрямую.

— Я не решила: скорбеть или радоваться. — Антонина посмотрела в глаза коллежскому советнику, не скрывая чувств. — Он наверняка рассказывал, как нас обожает и готов заслонить собственной грудью? Так вот, знайте: Николай Карлович был преотменным негодяем! Это с виду он казался милым и славным. Но если с ним пожить… С тех пор как умерли наши родители, он тиранствовал над нами. А несколько лет назад… Хотите знать, что родной дядя воспылал чувствами к Антону? Как вам?! Антоша и во Францию уехал, чтобы его не видеть! Подлец был изрядный. Думаю, Петя Ленский его любовник.