Камея из Ватикана

По причине хорошей погоды народ на улицах был – ребята носились на велосипедах, шли женщины с сумками, старики и старухи сидели на лавочках возле памятника погибшим в войне.

– Представляешь, сколько местных жителей поубивали? – спросила Тонечка, проводив глазами лавочки со стариками и старухами. – Видела списки? На мраморе фамилии выбиты. Одних Мартыновых восемь человек! Восемь человек из одной семьи! Моя бабушка на всех праздниках всегда говорила один и тот же тост: «Лишь бы не было войны».

– И моя тоже, – откликнулась Саша.

Они почти выехали из города, когда их остановил патруль.

Саша плавно причалила к обочине, вытянула с заднего сиденья сумку и стала в ней рыться.

К «Мерседесу» с водительской стороны приближался товарищ майор Мурзин Николай Петрович. И, приблизившись, жезлом постучал в окно.

– Сейчас, сейчас, – пробормотала Саша. – Что за нетерпение! Я права ищу!

И опустила стекло.

– Здравия желаю! – Майор заглянул в салон. – Чегой-то вы без намордников ваших? Больше не боитесь?

– Здрасти, – сказала вежливая Тонечка, а Саша спросила:

– Вам документы показать, товарищ майор? Или вы нас остановили, чтоб про маски спросить?

– А я вас для порядку остановил! – И товарищ майор засмеялся. – Имею право! Режим ЧС не вводили, но уровень опасности оранжевый!

– Что это значит? – осведомилась Тонечка.

– А ничего! В Москве чудят, это значит! Делать всем нечего, вот с жиру и бесятся! А мы тут стой, документы проверяй! Тьфу!

И он энергично сплюнул в канаву.

– Так показывать документы или нет, я не поняла? – Саша сунула ему права. – Смотрите, если хотите.

– Далеко намылились-то, бабы? – миролюбиво спросил майор. – В Москву свою подались от нашей глуши?

– Мы в «Капитанскую бухту», – сообщила Тонечка.

– Чего это? Там пустое место! Лес да речка.

– Нам сказали, что там племянник Лидии Ивановны работает. Хотим его повидать.

– От бабье племя! – И товарищ майор опять сплюнул. – От неугомонные! Да что он вам, племянник этот? Все воду мутите? Все сказки придумываете?

– Права отдайте, – велела Саша. – Мы сами знаем, куда нам ехать и зачем. Вы вон лучше за порядком смотрите.

– А, ну вас! – Майор махнул рукой. – Чего говорить-то с вами, коли вы слов человеческих не понимаете!

Саша закрыла окно, сунула документы в сумку и отправила на заднее сиденье.

– До чего противный мужик, – сказала она. – Вот честное слово, упырь!

– Мужик как мужик, – не согласилась Тонечка. – Он всю жизнь в Дождеве прожил, в отделении за столом просидел, видишь, аж до майора дослужился! Здесь родился, здесь же и помрет! А тут мы с тобой, такие красивые, на «Мерседесе» мимо него катим! Как же не остановить! Странно, что он ни к чему не прицепился. Багажник не заставил открывать. Огнетушителем обочину тушить.