Камея из Ватикана

Родион немного скис:

– А ты что, до темноты не приедешь?

Он не любил оставаться один, боялся, сам не до конца понимая, чего именно.

– Разумеется, приеду, – сказала мачеха очень уверенно. – На самом деле я еще никуда и не уехала!

И отправилась на соседний участок.

Сирень, почти закрывавшая проем калитки, под вчерашним и сегодняшним солнцем ожила, задышала, и похоже было, что треугольные высоконькие голубые и фиолетовые факелы вот-вот запылают – весна!.. Скоро нужно будет косить траву. На Сашином участке так и вовсе пора!..

Тонечка выбралась на дорожку, прошла было мимо колодезного сруба, помедлила и заставила себя свернуть на лужайку.

Вот тут сидела мертвая Лидия Ивановна, тяжелые руки лежали по обе стороны от тела в траве. Тонечка вздохнула и отвернулась.

Обошла сруб и заглянула в колодец. Он был декоративным, внутри никакой воды. Сложенные бревна, двускатная крыша и ворот. Подобные садовые украшения были в моде лет пятнадцать назад, Тонечка прекрасно помнила, как такими штуками торговали на повороте на Немчиновку. Там еще были статуи из искусственного гипса, искусственные телеги, искусственные лошади и коровы, искусственные собаки и искусственные ослы.

Должно быть, хозяевам участка нравился их искусственный колодец!

Только вот кто они, эти самые хозяева? Саша Шумакова и ее муж? Сашины родители? Родители мужа?..

Рядом с колодцем было устроено нечто вроде альпийской горки, давно заброшенной. На холмике живописно навалены серые валуны, между ними торчала высокая трава и пролезали одуванчики.

Тонечка наклонилась и потрогала ближний валун – он не пошевелился, как видно, лежал здесь давно и врос в холмик.

Под серым камнем она разглядела какую-то штуку вроде небольшой квадратной железки. Тонечка потянула, поковыряла, вырвала пук одуванчиков и высвободила железяку.

И осмотрела со всех сторон.

Штука была присыпана песком, потемневшая, но не ржавая.

…Что это может быть?

И тут вдруг Тонечка догадалась!

Она обтерла предмет о собственные штаны, сдула с него песок и подцепила крышку.

Штучка оказалась пудреницей с зеркальцем и отделением для пуховки.

«Пуховка» – так называла Тонечкина бабушка. А в современном мире этот предмет называется диким словом «спонж».

Тонечка осмотрела находку и место, откуда она ее вытащила.

Ясно, что пудреница тут давно, не день и даже не неделю!.. Возможно, с прошлого года, а может, и с позапрошлого.

Кто мог ее обронить? Саша? Какие-нибудь гостьи?

Тонечка еще раз осмотрела пудреницу со всех сторон. Она была тяжеленькая, с узором и какими-то камушками на крышке, явно сделанная на заказ. Кажется, серебряная, потому и не заржавела. Или даже золотая!..

..Золотая женская безделушка в траве на улице Заречной в Дождеве?..

Как странно.

– Тоня! – позвала с крыльца Саша Шумакова.