Камея римской куртизанки

И я знаешь что думаю?

– А зачем он его присылал?

– Известно зачем. Разведать, разнюхать, разузнать… как тут да что, да нельзя ли чем поживиться…

Дуся переварила полученную от домработницы информацию и задала следующий вопрос:

– А как зовут этого племянника?

– Ну да, других-то у вашего хозяина не было.

– Валентин, – нехотя проговорила домработница и сморщилась, как будто проглотила какую-то тухлятину. – Штукин Валентин Алексеевич. Только если честно, то вот что тебе скажу. Никакой он не племянник, а муж племянницы хозяина, Веры. Но она умерла давно, а Сергей Сергеевич этого за родню считал. «Ты, – говорит, – моя единственная родня, и все тебе останется». Но только потом по-другому вышло.

Старуха быстро взглянула на Дусю и продолжила:

– Сестру-то я никогда не видела, она рано умерла, с мужем тоже недолго прожила, это еще Сергея Сергеевича жена мне рассказывала. Он, муж сестры, куда-то сбежал от нее, так что Сергей Сергеевич помогал племянницу растить. И замуж ее выдавал, сестра к тому времени умерла, болела сильно. А уж как Верочки не стало – тут всю любовь хозяин на ее мужа перенес. И все ему да ему – Валечка, Валечка… А только потом как отрезало, очень на него рассердился, а за что – не знаю.

– Ксения Федоровна, а у вас… то есть у Сергея Сергеевича остались его фотографии?

– Еще бы не точно! Он все обрезки да обрывки в мусорное ведро выкинул и велел мне скорее его на помойку отнести. «Мне, – говорит, – неприятно даже, что эти обрывки в моем доме находятся». Вот как!

– Надо же, как он на него рассердился! Видно, уж очень серьезная причина была…

– Выходит, так, – согласилась Ксения Федоровна. – А только я про это ничего не знаю, вот хоть как спрашивай – не в курсе я. Подслушивать под дверью не приучена, а хозяин ни слова мне про это не сказал. Значит, не хотел, чтобы кто-то про это знал.

– Значит, ни одной фотографии Валентина не осталось?

Прежде чем ответить, домработница немного замялась и отвела глаза.

Дуся заметила эту заминку и внимательно взглянула на собеседницу:

– Или все же что-то осталось?

– А тебе зачем его фотография нужна?

– Ну… вообще-то это тайна следствия, но вы – женщина неболтливая, вам, так и быть, скажу. Может быть, он у нас подозреваемый в одном деле, но нужно это проверить. Так что хочу его фотографию девушке одной показать. Может быть, она его опознает.

– Вот оно какое дело! Ну, если так…

– Сергей Сергеевич одобрил бы! – добавила Дуся, заметив колебания собеседницы.

– Так что – есть какая-то фотография? Выходит, не все Сергей Сергеевич уничтожил?

– Есть, – нехотя призналась Ксения Федоровна. – Он-то все порвал, да у меня несколько его фотографий было, на память он их дарил.