Камаэль (СИ)

Он не упускал возможность напомнить мне, что, возможно, скоро именно он станет правителем, и тогда всё будет, как завещали Короли, а не как мне вздумается. В иные моменты он смотрел на меня перепуганными глазами несколько мгновений, а затем, заплакав, убегал прочь, хотя ничего такого страшного я ему никогда не делал! Да что там! Я старался лишний раз к нему не приближаться и не затевать конфликтов, хотя это было несколько проблематично, ведь преемника я до сих пор не выбрал, и наместники считали, что после меня действительно будет править этот юноша. Темноволосый, веснушчатый, зеленоглазый, он казался мне иным. Совершенно нездешним, хоть я и не мог с уверенностью сказать, отчего вдруг. Он улыбнулся мне открыто и несколько безумно, растянув тонкие губы и обнажив белоснежные, ровные зубы.

– Ваше Величество, – он слегка поклонился, я лишь кивнул ему в ответ и откинулся на спинку кресла.

– Чем могу быть полезен, принц? – как можно более уважительно поинтересовался я.

– Кажется, пришло время поговорить о моём становлении Королём. – С вызовом произнёс он, останавливаясь по другую сторону стола.

– С чего бы это вдруг?

Сказать, что я был удивлён – ничего не сказать. Он смотрел на меня неожиданно серьёзно, холодно и без улыбки, а затем вдруг стал расстёгивать свою рубашку, оголяя бледную, худую юношескую грудь. Ему было от силы девятнадцать лет. Куарт, да он ещё не прошёл обряд совершеннолетия! Однако затем слова застряли у меня комом в горле, когда он скинул рубашку на пол и повернулся ко мне спиной. На ней чёрным шрамом зияло крыло. Словно через толщу воды я слышал его тонкий голос: «Мне сказали, что вы знаете, что это значит, Ваше Величество». Я смотрел на него и чувствовал, как тянет шрам на моей собственной спине.

Я смотрел на него и понимал, что грядёт война.

В пыли сияет золотая взвесь,

Горят закатом корабли небес,

Горят во мраке грани проклятых камней,

Но есть огонь, что светит ярче и сильней.

Не закрывай дверей, бери меня,

Пока тебя я знаю, Истина!

Исполнив замысел, не зная о цене,

Благодарю за то, что ты открылась мне!"