Камаэль (СИ)

– Надеюсь, он быстро это поймёт и передумает.

– Как я тебя понимаю, Эмиэр, – рассмеялся он, направляясь со мной к наместникам. – Но ничего, он успокоил меня тем, что ему просто нравится её выводить из себя. Говорит, что это позволяет ему выучить много новых слов.

– Боюсь себе представить, что же это за слова, и как у него от них не вянут уши.

Я поздоровался с регентами, обменявшись с ними рукопожатиями, и мы приступили к ежемесячному и нудному разговору. Они представляли мне доклады о том, каковы убытки и прибыль на территориях, где вспыхивает недовольство, что изменилось при дворе. Как правило, ничего интересного в этом не было, и после прочтения сводок мы принимались за вино и спокойно беседовали, решая, чего ещё не хватает нашему народу. Забавно, но это в самом деле работало! Правда, порой приходилось работать до глубокой ночи, принимая послов, просящих, иногда требовалось рассматривать тяжёлые и более мелкие преступления. Но в этот раз нам повезло, и мы лишь приятно разговаривали обо всём понемногу. Валенсио едва не лишился сознания от радости, когда я сообщил, что Виктор пришёл в себя и теперь заново знакомится с жизнью. К вечеру они уехали, ведь у каждого из них была своя жизнь, свои дела. Мне же пришлось задержаться, углубившись в привезённые ими свитки с подробными докладами.

От вина голова приятно кружилась, язык точно кололи крохотные иголочки, и я вызвал слугу. Услышав, что я желаю перекусить, служка удивлённо приподнял брови. Время близилось к полуночи, а с момента завтрака я так и не поел. Впрочем, юноша быстро унёсся и вскоре доставил мне слегка остывшее жаркое и ещё бутылку вина. Не дожидаясь моего жеста, он быстро покинул кабинет и прикрыл за собой двери. Из-за приоткрытых ставень слышались отголоски бурного празднования, и я со вздохом потёр лицо ладонями. Я начинал забывать, что это такое – отдыхать и расслабляться. Отойдя к окну, я некоторое время любовался фейерверками и крохотными фигурками, что сновали по площади в пёстрых нарядах. Кажется, там собрался весь город, а я, как дурак, боролся с демонами пера. Решив, что ещё успею на завершение празднования, я вернулся к столу.

В замке царила тишина, негромко тикали напольные часы, поскрипывало перо. Именно поэтому внезапно раздавшийся щелчок открывшейся двери стал для меня новостью. Обычно сюда никто не рисковал заглядывать без особого разрешения, и я, было, подумал, что это Валенсио опять что-то забыл, но был, скажем, неприятно удивлён."

"Принц Элранейл был странным юношей. Я бы даже сказал, что неприятным, и предпочитал с ним лишний раз не сталкиваться. Но если такое всё же случалось, мне было несколько тяжело с ним говорить.