Как Петюня за счастьем сходил (СИ)

Петюня сначала терялся рядом с господином Подольским – эталоном мужской опрятности, сам будучи не самым безвкусно одетым молодым человеком, но все же без этого спокойного шика, а потом начал подражать ему в манере застегивать или расстегивать пиджак, поддергивать брюки, когда садился, поправлять манжеты рубашек, чтобы те не выглядывали больше положенных сантиметров, да что там: он даже начал подражать господину Подольскому в манере пить кофе – сосредоточенно, отрешенно, сначала вдыхая аромат, наслаждаясь им, затем пригубливая, смакуя, позволяя кофе распространиться по рту и обволочь его жаром и густой терпкой горечью, делая паузу и только затем совершая полноценный глоток. Испитый таким образом кофе оказывался на порядок вкуснее, это точно. Господин Подольский, увидев Петюнино обезьянничанье в первый раз, весело улыбнулся, а затем на обеденном перерыве пригласил Петра Викентьевича в кабинет, попросил его сделать эспрессо, и пока Петюня нажимал на кнопочки, все так же лукаво улыбался. Потом грохот перемалываемых зерен прекратился, кофеварка выплюнула сначала одну, потом другую порцию напитка в наперсткоподобные и почти прозрачные фарфоровые чашечки, Петюня расставил их на столе, и господин Подольский ни с того ни с сего рассказал незамысловатый исторический анекдот о том, как кофе покорил Европу без истребителей, танковых дивизий и штурмгрупп. Потом как-то ненавязчиво господин Подольский рассказал о разных сортах кофе, о том, как кофе пьют в Италии, Испании и Африке, а потом – что за напиток такой кофе и почему он горький. Перерыв пролетел незаметно, Петюня весь вечер после этого пропоролся в интернете, отсеивая зерна от плевел, а на следующий день он пил кофе, осознавая в полной мере, почему сначала запах, потом глоток, и почему кофе следует пить исключительно свежесваренным. Господин Подольский, видя блаженно щурящегося Петюню, насмешливо и как-то ласково улыбался в чашку.

Манера поведения генерального директора тоже была примечательной. Казалось, ничто не способно вывести его из себя, ни сорванные поставки, ни попытки типа партнеров покрысятничать, ни выбрыки всевозможных инспекций. Как-то изящно он разруливал все ситуации, и только слегка ослабленный галстук и до побеления плотно сжатые губы выдавали, что он про все это думает.

К Петюне, Петру Викентьевичу господин Подольский относился очень положительно. Иногда подтрунивая, часто поощряя, постоянно интересуясь самочувствием и терпеливо объясняя, что и как следует делать. Петюня, не особо часто (если честно, практически никогда) сталкивался с таким благожелательным отношением начальства к подчиненным и старался.