Приступить к ликвидации

Их уже ждали. И Данилов понял маленькую хитрость коменданта. На столе дымились стаканы с чаем, лежали скромные бутерброды. Начальник Ленинградского уголовного розыска встретил их у дверей, крепко пожал руку.

– Знакомьтесь, товарищи, это наш начальник ОББ. – Он показал на невысокого подполковника.

Никитин молча, не ожидая приказания, поставил на стол мешки.

– Это, значит, – сказал он, – товарищ подполковник, наши ребята из МУРа посылку вам прислали.

Начальник сунул руку в мешок, достал пакет с сахаром.

– Спасибо. Мы эти продукты отправим в наш профилакторий, где лежат сотрудники Ленинградской милиции. Истощение у многих из них.

Они пили чай, и Данилов рассказывал о Москве. Ленинградцев интересовало все: вернулись ли из эвакуации театры, начали ли работать институты, каковы продовольственные нормы, идет ли строительство метро? Данилов хотел услышать о Ленинграде, о днях блокады, но хозяев интересовала Москва.

И Данилов понял их. Слишком долго эти люди были отрезаны от Большой земли. Теперь им хотелось знать все о ней.

– Мы вас неподалеку разместим, в нашем общежитии, – сказал начальник ЛУРа.

– Может, вечерком заглянете на огонек? – предложил Данилов.

Начальник полистал отрывной календарь.

– Часиков в двадцать устроит?

Муравьев и Никитин пошли устраиваться, а Данилов с начальником ОББ Трефиловым сидели в его кабинете.

– Вот смотри, Иван Александрович. – Трефилов положил на стол листы бумаги, на которых были наклеены красные, зеленые, желтые, синие квадратики.

Данилов взял их. На квадратах четко было напечатано: хлеб, жиры, сахар, мясо, водка.

– Это отрывные талоны от карточек. Ими магазин отчитывается за количество проданных продуктов. Туфтовые талоны давали преступникам возможность создавать излишки продуктов в магазинах. Эти излишки и обменивались на ценности. Эксперты дали заключение. Вот, – Трефилов ткнул пальцем в один из листов, – это производство фирмы «Розанов и К°», а те – подлинные.

– Установлены фигуранты?

– Да. Некто Суморов, директор продовольственного магазина. Продукты он свозит к себе на квартиру, улица Салтыкова-Щедрина, дом восемь, квартира три. Прячет их в сарае. По средам продукты забирают.

– Вот и задержим их.

В пять часов Никитин до изумительного блеска надраил сапоги и начал остервенело чистить шинель. Игорь, лежа на кровати, хитро поглядывал на него.

– Муравьев, – сказал Данилов, – накрывай на стол.

– Товарищ подполковник, – вытянулся Никитин, – разрешите удалиться на два часа.

– Он такой у нас, – засмеялся Муравьев.

– Ну иди. – Данилов вынул из мешка плитку шоколада и протянул Никитину. – Девушке подаришь вместо цветов.

Данилов пошел умываться, а Никитин взял гитару, которую оставил здесь предыдущий жилец.